В Грозном зимой 2002 года, когда мир остановился, Костя Воронцов и его команды сидят на БМП, ждут террористов для взрыва своего каземата. Этот драматический рассказ о войне в Северной Осетии живым языком передает атмосферу безысходности и отчаяния военных.
Зачем обвешиваться взрывчаткой для самоубийственной акции, исход которой всегда одинаков, а полезные результаты весьма непредсказуемы? Подготовленный боец с головой на плечах способен долго и успешно воевать, и суммарный урон от его деяний будет значительно большим, нежели от этой одноразовой красивой смерти, которая, кстати, в большинстве случаев не имеет особого эффекта ввиду бдительности «оккупантов».
Разумеется, бывают особые случаи: наподобие изнасилованной девчонки, которую сердобольный старший брат снабдил поясом шахида и отправил обнять военный бензовоз[1].
А в нынешнем декабре (читай – в последние две недели) на практичный чеченский люд напала какая-то нездоровая шахидная эпидемия.
– Да обдолбленные они, – так считает наш инженер, подполковник Васильев (в миру – Глебыч). – Обкурятся – и море по колено.
– Хашишины, – заметила по этому поводу начитанная чекистка Лиза.
Примечательно, что гэрэушный лейтенант Серёга при этом высказывании как-то странно вздрогнул и поёжился. Я отметил эту нехарактерную реакцию и намотал на ус. Надо будет потом проанализировать, откуда у нашего железного вундеркинда столь неадекватные рефлексии?
Теперь отвечаю сразу на два вопроса: раз – специально для тех, кто с нами только знакомится, два – по теме.
Раз. Вышеперечисленные товарищи, как и ваш покорный слуга, входят в команду номер девять.
Два. Зачем мы торчим на КПП? В рамках так называемой «антишахидной» программы.
