В Грозном зимой 2002 года, когда мир остановился, Костя Воронцов и его команды сидят на БМП, ждут террористов для взрыва своего каземата. Этот драматический рассказ о войне в Северной Осетии живым языком передает атмосферу безысходности и отчаяния военных.
Ну, и в три смычка завалили америкозного презика. Грамотно, между прочим, слепили красавца, охраны-то там было – немерено…
– Ай-я-я…
– Вот я и говорю! А готовили их, типа того, наши. Неплохо, судя по всему, подготовили. Ты что, действительно не в курсе? Это ж история, все знают!
– Готово, товарищ капитан, – сообщил старший из снайперов. – Добро пожаловать!
– Ли, Харви и Освальд? – Серёга всё ещё не мог прийти в себя. – Интернационал? Ой-е-е…
– Хорош там бормотать, полезай сюда! – досадливо буркнул Петрушин, невидимо краснея в темноте за боевого брата.
Многоопытные «освальды» быстро соорудили нехитрое приспособление из полпуда снега и двух плащ-палаток с самодельным утеплителем (это чтоб под себя подкладывать, когда на грунте часами лежишь). В конечной фазе, когда все собрались в кучу, сооружение выглядело как полукруглый герметичный шалашик, из которого торчали наружу семь белых задниц (в маскхалатах). Головы и плечи – внутри, там же карта, карандаш, циркуль, курвиметр, транспортир и слабенький китайский фонарик.
Костя, Заур и «вторые номера» снайперов в число посвящённых не вошли. «Вторым номерам» потом по ходу объяснят, с Зауром всё понятно, а Косте это не надо.
– Годится, – констатировал Петрушин спустя десять минут, когда палатки вновь свернули в скатки. – Подождём смену, потом прогуляемся.
Посмотрели смену. Ровно в полночь несколько раз мелькнул свет, на площадку перед входом в пещеру вылезли товарищи. Наши пользовались приборами, а то бы и не заметили: товарищи были в маскхалатах, которые здорово скрадывали их на фоне чёрно-белой скалы.
"– Бродят свободно, значит, мин нет, – сделал вывод Петрушин. – Плюс. Перед сменой радиопереклички не было. Правильно, зачем перекличка, когда смена идёт? Ещё плюс.
– Не факт, – возразил лейтенант Серёга. – А вдруг у них в восемь будет перекличка?
– Не факт, – согласился Петрушин. – Но это мы посмотрим по ходу. А сейчас мы с Васей прогуляемся, снайперов рассадим. Костя – остаёшься старшим…
На прогулку и рассадку ушло ещё два часа – по «набитому» маршруту двигаться было значительно легче, тем более с таким проводником, как Вася.
