Автор
— Я с вами никуда не поеду!— Поедешь. Со мной.— Да щас! Со мной!Они стоят по обе стороны от меня, от них идет жар такой силы, что мартеновские печи отдыхают!Смотрят друг на друга, злобно раздувая ноздри.А я…А я ощущаю мощное, безумное дежавю.Потому что все это было: их взгляды, их рычание, жар их тел…Все было. И ничем хорошим это не кончилось.Для меня....
Тошка был недоволен тем, что мы общаемся, он вообще никакие мои связи с внешним миром не приветствовал, но логичных аргументов, почему мне не следовало с Ириной встречаться, видимо, придумать не смог.
И, скрипя зубами, притих.
Потом, конечно, опомнился и возбух, но было уже поздно.
Мы с Ирой зацепились, да так, что никакая сила не смогла расцепить.
Правда, Тошка был не в курсе, что я сама зарабатываю, что у меня свой канал, причем, уже вполне монетизированный и приносящий отличные деньги. Не такой крутой, как у Иры, но по своему оригинальный.
Но я, раз и навсегда испугавшись брата Игоря и родителей, не могла через себя переступить.
Да и не хотела.
Моя анонимность тоже стала своеобразной фишкой, на которую шли люди.
И на мои песни шли, что было для меня куда важнее и честнее. Значит, им нравилось то, что я пою, а не то, как я выгляжу. А это же важнее!
Музыку для песен я иногда писала сама, вспомнив навыки, привитые в музыкальной школе, а иногда отправляла стихи Пашику, и он выдавал мне что-то свое.
Получалось интересно.
И вот сейчас, глядя на растущие лайки и количество восторженных комментариев под новой песней, я понимаю, что меня это радует. Невероятно вдохновляет. Заводит!
И куда больше, чем встреча со своим прошлым!
В конце концов, ну кто я такая была пять лет назад?
Наивная, чуть забитая, слишком скромная девочка. Лакомый кусочек для опытных парней.
У меня не было шансов противостоять им.
А сейчас я — уже другая. Понятно, что спущенный парашют в виде Тошки пока еще за плечами, но я уже его практически отцепила.
Тошка пока не в курсе, сюрприз ему будет.
Всем сюрприз будет, да.
21
— Ты вчера была не в настроении, я понял, — сходу берет разбег Тошка, торопясь успеть высказаться, пока я снова не отключилась, — мама в таком состоянии, и все такое… Но ты должна понимать, что я беспокоюсь! Этот город ничего хорошего тебе не принес, и там вообще атмосфера поганая, я бы давно родителей перевез, но они не хотят…
Он применяет свой излюбленный прием, который часто использует, когда мы не видим друг друга, а лишь разговариваем: забалтывает.
Много-много слов, половина — вообще ненужных, но в то же время не зацепишься ни за одно, чтоб опять его послать.
Ира говорила, что я — дура, и мной легко манипулировать, и именно это он и делает постоянно.
И вот теперь цепляет это его “должна”.
