Автор
Я оплакивала тот момент, когда все шло по-настоящему хорошо, и теперь мы с Ником стоим на переправе между прошлым и будущим. Атмосфера этой книги наполнена слезами прошлого и надеждой на новый начало — как в тихом ущелье, где каждый шаг означает отступление от обреченной памяти....
Вся моя злость улетучилась, когда я увидела, как он сидит без рубашки, поднимает гирю левой рукой, делая восстановительные упражнения, которые прописал доктор.
Черт… как мы могли не попасть в заголовки, когда этот человек выглядел так, будто только что вышел из чертового голливудского фильма?
Я ошеломленно смотрела на него, пока он не заметил мое присутствие. Он улыбнулся мне и опустил гирю на пол между ног.
– Привет, Веснушка, – поприветствовал он меня, схватив полотенце и вытирая лицо и руки."
"Я хотела сказать ему не делать этого, потому что пот, стекающий по его израненному животу, был захватывающим зрелищем, но я оставалась на месте, когда он встал и подошел ко мне.
– Все хорошо? – спросил он, поцеловав меня в щеку.
Вот еще один момент, который портил мне настроение: никто из нас не прикасался друг к другу, все ограничивалось нежными поцелуями. Я боялась, что он не хочет ничего делать, потому что его раны все еще болят, хотя, если он уже справляется с тяжестями, что мешало ему сделать со мной все то, что приходило мне в голову каждую ночь, когда я спала рядом с ним?
Может быть, дело в том, что я больше не нравилась ему: я стала толстой, живот уже мешал нам обниматься… Может быть, я больше не была привлекательной? Я приходила в ужас при одной мысли об этом.
Ник заправил прядь волос мне за ухо и сердито посмотрел на меня.
– Что тебя беспокоит? – спросил он, глядя на меня глазами, которые сводили меня с ума.
Я хотела поцеловать его, прикоснуться к его твердому, подтянутому животу, чтобы он прижал меня к стене и занялся со мной любовью.
– Ничего… Я устала, пойду в душ, – я повернулась, чтобы выйти из комнаты, но Ник удержал меня за руку, ища на моем лице какой-то знак, подсказку, которая объяснила бы, что, черт возьми, со мной не так.
– Это из-за журналистов? – спросил он, нежно целуя меня под ухом.
Я закрыла глаза и прислонилась к стене.
– Нет… я просто хочу принять душ и лечь спать.
Теперь он поцеловал меня в лоб. Это было очень нежно.
– Рано или поздно они от нас отстанут, Ноа… Это только вопрос времени, очень скоро они начнут приставать к другой паре, это ведь Голливуд.
Он погладил мою руку.
Я почувствовала ярость и остановила его ласку, схватив за запястье.
– Прекрати бояться коснуться меня, как будто я фарфоровая кукла, Николас.
Я увидела, как его глаза распахнулись от удивления, прежде чем вырвалась из его рук и направилась к спальне.
