В книге "Наше лучшее детство" читатели отправляются в путешествие через тотальный контроль и идеологическое одушевление общества, когда даже самые незначительные аспекты жизни становятся предметом пристального внимания государства. Автор Федор Ибатович Раззаков демонстрирует, как такая социальная реформа могла и должна была изменить людей к лучшему, но в результате получился эффект обратный – создав зловещую атмосферу ужаса и одиссеи восприятия....
И что игрушки, и воспитательница, и даже куранты – все неможечко мои. И что все хорошо. И будет еще лучше…»
Здравствуй, школа!"
"Напомним, что в стране, где до Октябрьской революции 1917 года более двух третей населения не умели читать, неграмотность была практически ликвидирована к 30-м в ходе нескольких массовых кампаний. В итоге уже к 1966 году (второму году правления Л. И. Брежнева) 80,3 млн. человек, или 34 % населения, имели среднее специальное, незаконченное или законченное высшее образование.
До конца 50-х ежегодно росло количество новых общеобразовательных школ всех видов (начальные, неполные, средние, вечерние). Затем их число стало постепенно сокращаться (в основном за счет закрытия неполных школ).
И снова заглянем в БСЭ: «В 50-е гг. получили развитие школы-интернаты. В 1958 Верховный Совет СССР принял закон «Об укреплении связи школы с жизнью и о дальнейшем развитии системы народного образования в СССР», на основе которого вместо всеобщего обязательного 7-летнего образования было введено всеобщее обязательное 8-летнее образование, завершенное повсеместно в 1962 году.
В соответствии с Уставом средней общеобразовательной школы (1970) в зависимости от местных условий создаются отдельно начальные школы в составе 1—3-х классов, 8-летние школы в составе 1—8-х классов и средние школы в составе 1—10(11) – х классов, при сохранении единства и преемственности всех ступеней общего среднего образования.
