Алексей Терехин переносится во времена вторжения Наполеона в 1812 году. Он оказывается в роли партизана с Матвеем, подозреваемым в дезертирстве. Герой пытается выжить и бороться за себя в условиях военного времени и недоверия окружающих.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Нашествие. Попаданец во времена Отечественной войны 1812 года» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Алексей Терехин переносится во времена вторжения Наполеона в 1812 году. Он оказывается в роли партизана с Матвеем, подозреваемым в дезертирстве. Герой пытается выжить и бороться за себя в условиях военного времени и недоверия окружающих.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Алексей Терехин переносится во времена вторжения Наполеона в 1812 году. Он оказывается в роли партизана с Матвеем, подозреваемым в дезертирстве. Герой пытается выжить и бороться за себя в условиях военного времени и недоверия окружающих.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Иначе на самом деле пришлось бы «работать» ножами. Тогда и захват сорвется, чего бы не хотелось.
На печи стоял чугунок с похлебкой. Пахло аппетитно.
– Климов, посмотри, что там за варево. Пора перекусить.
Егерь запустил в чугунок ложку, отпробовал.
– Вкусно! Только постная.
– Поднимай хозяйку, развяжи, пусть угощает.
Вот чего не хватало, так это хлеба. Зато он был в шнобзаках. Получилось неплохо: ржаной хлебушек под хозяйскую горячую похлебку. Ели по очереди, потому что за улицей приглядывать надо. После еды Алексей поговорил с хозяйкой.
– Как француз придет, ведите себя как обычно. Ну, я не знаю – калитку откройте, дверь в конюшню, улыбайтесь. Убивать офицера мы не собираемся, заберем его с собой и навсегда исчезнем, как страшный сон.
Хозяйка кивнула в знак согласия. А куда ей деваться? Против трех вооруженных мужиков шансов нет.
Время тянулось медленно. Наконец за окнами раздался цокот копыт, стихший у ворот. Тут же Климов доложил:
– Офицер! Один! С лошади спрыгнул!
– Ну, ваш выход, мадам!
Алексей слегка подтолкнул хозяйку к двери. Все же женщины – актрисы, учить не надо. Вышла, заулыбалась, тараторит на французском. Офицер лошадь под уздцы повел, хозяйка следом. Плохо, что из дома конюшня не видна, для окон – мертвая зона. Хозяйка о том знает, может воспользоваться. Но пока тихо. Алексей распорядился:
– Встаньте по обе стороны двери. Дернется офицерик – бейте по башке, но аккуратно. Нам пленный нужен, а не мертвяк.
На крыльце топот ног, разговор. Похоже, хозяйка офицеру ничего не сказала, иначе бы он снова сел на лошадь – и галопом за подмогой. Соображает хозяйка, что власть французская уже ослабла и Наполеона разобьют. Если она сейчас русских сдаст, то это кончится для нее плачевно. Быстро просчитала!
Распахнулась дверь, с улыбкой на лице вошел француз. Увидев сидящего за столом Алексея с пистолетом в руке, замер в удивлении. Тотчас на него набросились с двух сторон егеря, повалили, сняли пояс с оружием – пистолетом в кобуре и саблей. Офицер не сопротивлялся, понимал, что одному против троих победы не одержать. Исход понятен – плен или смерть. Офицер предпочел плен. Особым позором в европейских армиях плен не считался. Впрочем, как и действия армии то на стороне одного противника, то другого. Так, в 1812 году Карл Филипп цу Шварценберг, командовавший тридцатипятитысячным австрийским корпусом в составе войск Наполеона, активно действовал против генералов А. Тормасова и П. Чичагова. А в «Битве народов» под Лейпцигом 16–19 октября 1813 года командовал объединенной армией союзников. Прусские войска также воевали против России, потом переметнулись, вступили в коалицию. Картина вообще складывалась странная.
