Автор
Мой день начинается как обычно, но сегодняшнее утро меняется: шум мельниц впереди, ожидание пробежки, пока звонок на работу не отвлекает. Однако Ясмин не замечает обычного ритма жизни — она готовится к встрече с неожиданностью: насильники нападают прямо из окна квартиры в шесть утра. Ветер и дым смешиваются с холодной решимостью предстоящего дня, где даже мюсли не могут слегка согреть сердце Ясмин....
Там в бархате подкладки хранится поддельная фарфоровая золотоволосая кукла величиной с мужскую ладонь. Ею нужно заменить оригинал, спрятанный в особняке Золотникова. Где именно – еще предстоит выяснить.
Зачем люди вообще коллекционируют фарфоровых кукол? Глупость же.
– Да, доставили, – подтверждаю.
– Отлично. Только не разбей, я тебя прошу, – усмехается он. – Эту неделю ждали, другой нет.
– Когда я что разбивал? – спрашиваю, продолжая вглядываться в бинокль.
– Это я так, для порядка сказал. Молодец, Грач, надеюсь на тебя.
На этом шеф отключается, а я все продолжаю вглядываться в пустоту окон особняка. Задница уже квадратная от долгого сидения, пусть сиденье у моего железного коня и удобное. Продолжаю наблюдение вплоть до момента, пока не слышу будильник на телефоне. Лишь после этого завожу мотор и двигаюсь в сторону центра города, прямиком к месту, где работает Яся. Скоро ее рабочий день закончится, и я хочу подловить ее до того, как сбежит домой.
Да, вот такой я поганец и вообще ненадежный тип.
Обещание – это святое… обычно. Но в этот раз не вижу в нем никакого смысла, во всяком случае не после всего, что успел разузнать за последние сутки.
Этот хорек ей изменяет! Да, да, Дмитрий Брянцев преспокойно и в наглую гуляет от своей гражданской жены.
Не понимаю, как можно изменять такой девушке, как Яся. В ней же все совершенно – лицо, фигура, душа.
Вспоминаю мягкие губы Яси, а внутри сводит сладкой судорогой.
Как такой можно изменить?
И с кем!
Вчера, когда я поцеловал Ясю, так и не смог уехать. Сидел в машине, как последний осел, еле сдерживался, чтобы не заявиться незваным гостем. Буквально огнем дышал, ревновал, как последний придурок.
Я сразу просек – дело нечисто. Выскочил из машины и бросился следом. Благо тем вечером оделся в черную куртку и темные же джинсы, меня в ночной темени видно не было, зато этого сурка я видел преотлично. Догадался вырядиться в белую толстовку, гений конспирации.
