Автор
В беседе Эмиль внезапно напоминает о разводе, что заставляет героиню вспомнить свою крепкую связь с ним. Она чувствует себя узурпированной, но не может бежать от пристального взгляда мужчины, который верит в ее принадлежность ему.
Как будто ее сняли только утром и мы первые жильцы, переступившие порог. Зато светлая и просторная.
— Ты ее снимаешь? — я остановилась на пороге кухни.
Андрей кивнул, откупоривая бутылку вина.
— Первое правило безопасности… — он усмехнулся. — Никто не должен знать, где ты спишь. Я часто переезжаю.
Солнечный свет беспощадно подчеркнул недостатки на лице. А он старше, чем я думала… Ненамного, но все же. И паралич заметней, чем в темноте.
— Выпей, — в бокал, который больше бы подошел для крепких напитков, он плеснул вина и подал мне.
Я опустила глаза, убегая от взгляда.
— Между мной и твоим мужем никогда не было хороших отношений. Я его презираю… За слабость, за то, что думает только о бабках. Но с тобой так я поступаю не поэтому. Не из-за него.
— А почему? — пряча страх и смущение, я жадно глотнула вина. Язык щипало, но вкус я абсолютно не почувствовала.
Я прямо ему сказала, что люблю другого. А ему плевать.
Я уже начала думать, что это какая-то месть Эмилю.
— Ты меня не поймешь, — усмехнулся он.
Андрей положил ладонь мне на щеку, обвел пальцем подбородок. Затем нежно заправил локон за ухо. Прикосновения легкие, но он явно наслаждался тем, что может меня касаться.
Я была спокойна, но меня мучило странное чувство. Будто кто-то подменил реальность — я не могла в нее вжиться. Примириться с ней и с Андреем.
— Я понимаю, тебе больно и страшно. Все выглядит незнакомым, чужим… И я тебе чужой.
Я низко опустила голову, но спорить не стала.
— Ты не согласна?
Я не ответила и подошла к окну, зябко ежась. Сквозь грязное мутное стекло мир казался серым и жестоким.
Ловушка захлопнулась. Возникло ощущение, что я с самим Дьяволом заключила сделку и придется держать ответ.
— Нужно позвонить Эмилю, — сказала я в пустоту. — Он волнуется.
— Тебе не нужно с ним говорить. Я все улажу сам.
В груди тревожно засосало, когда я представила, что Андрей объясняет все Эмилю. Говорит, что я его женщина, купила ему жизнь в обмен на тело, и больше мы никогда не увидимся, потому что так будет лучше. От внутреннего протеста перехватило горло, а на глаза навернулись слезы.
Я до боли в пальцах сжала стакан вина, вспоминая, как с Эмилем мы предавались любви на конспиративной квартире.
