Автор
В беседе Эмиль внезапно напоминает о разводе, что заставляет героиню вспомнить свою крепкую связь с ним. Она чувствует себя узурпированной, но не может бежать от пристального взгляда мужчины, который верит в ее принадлежность ему.
Напротив магазины, чуть дальше — зонтики летнего кафе. Городом незаметно завладела весна и уже вползало лето…
Джип прижался к обочине, как трусливая шавка. Водитель бдительно рассматривал улицу, готовый в любой момент сорваться с места, а охранник на переднем сиденье возился с оборудованием.
У водителя затрещала рация:
— Илья здесь, он один.
Я судорожно вздохнула, обнимая себя руками.
— Слышу их, — добавил охранник.
Минут пять до этого мы колесили по Садовой, пока не добились устойчивой связи.
— Реально один? — теперь и я услышала Эмиля. — Без охраны, без юриста, без поддержки? Один?
Я подалась вперед, прислушиваясь. Кажется, он рядом с «Парусом». Скоро войдут внутрь. Я слышала приглушенные отзвуки улицы.
— Да, господин Кац, — я узнала Антона, который пошел с ним под видом юриста. — Приехал один. Мне это не нравится.
— Странно, — добавил Андрей.
Я чувствовала — Эмиль медлит. Сомневается. Такие люди, как Илья, ничего не делают просто так.
— Вперед, — решил мой муж. — Нас больше, все по плану. Эту тварь берем живым.
Он говорил уверенно, короткими фразами. Я представила, как они идут к дверям. Эмиль первым, следом безопасник и Андрей. Звук и вправду изменился — перестал быть смазанным, стал четче. Из шумного фойе офисного центра они попали в дышащий тишиной «Парус».
— Сходи на обед, — грубо бросил Эмиль. До меня долетели отзвуки женской речи — секретарша что-то пыталась выяснить, Эмиль отмахнулся.
Хорошо помню агентство. Длинный коридор, кабинет Эмиля в самом конце. Там его ждет злейший враг.
— Собрались, — тихо сказал Эмиль, прежде чем войти.
Скрип двери. Тишина. Долгая пауза сводила с ума.
— Почему один, гнида? Где жена?"
"Голос Ильи прозвучал тихо, но разборчиво. С какой-то темной, жестокой энергетикой, от которой я покрылась гусиной кожей. Я представила, что он сидит в кресле Эмиля, за его столом, считая себя хозяином «Паруса».
— Не твое собачье дело.
Эмиль пропустил оскорбление мимо ушей, но интонация сказала все. С Ильи спустят шкуру, когда тот попадет ему в руки.
— Зачем она тебе? — это Андрей. — Она не в себе, оставь ее в покое. Мы договорились, агентство твое, а девочку не трогаешь.
Смешок Ильи.
— Он переоформил агентство на нее. Он ее опекун, но хозяйка она, так что мне нужны подписи обоих.
— У меня доверенность. Все законно.
— Нет. Я твои схемы, Кац, знаю.
