Автор
В беседе Эмиль внезапно напоминает о разводе, что заставляет героиню вспомнить свою крепкую связь с ним. Она чувствует себя узурпированной, но не может бежать от пристального взгляда мужчины, который верит в ее принадлежность ему.
Моя любовь от этого не угаснет. Душа будет тихо и сладко гореть в ее огне, который я сохраню до конца жизни. Этого уже не изменить.
Могла ли я на самом деле сказать «нет»?
Не знаю.
Я много раз вспоминала наше свидание на набережной, пионы, лицо мужа. Я знала, что будущее с этим мужчиной скрыто туманом, и полностью отдавала отчет, с кем связываю жизнь. Знала, что обрекаю себя на испытания.
Может быть, тоже зная это Эмиль захотел видеть рядом именно меня. Мы были вместе в трудные времена. Страшные воспоминания похожи на осколки после кораблекрушений.
— Я тебя люблю, — прошептала я. — Несмотря ни на что.
Эмиль поднялся с колена, вынул кольцо из прорези в бархате, и надел на правую руку. Прикоснулся губами к пальцам, а затем жадно поцеловал в губы.
Как хорошо я запомнила тот поцелуй!
В глаза ударил мягкий золотой свет, я зажмурилась. Ощущения от прикосновения теплых губ ярко врезались в память. Помню бархатистую щеку, куда я автоматически положила ладонь, и незнакомую тяжесть нового кольца.
Мы обнялись, не обращая внимания на неудобное оружие, я прижалась крепче. Стук сердца меня успокаивал. Появлялась странная уверенность — пока я слышу этот звук, все будет хорошо.
Муж дышал глубоко, с явным облегчением гладил мой затылок. Это не импульсивное предложение. Эмиль получил город, обзаводится семьей — он намеренно меняет жизнь.
— Я тебя тоже, маленькая.
Свадьбу решили сыграть поскорей. Около недели ушло на приготовления.
Это время мы жили раздельно. Я осталась в старой квартире на Ворошиловском, а он уехал в новую на Береговой.
На примерку я ездила с Антоном.
Платье доставили из Франции по спецзаказу. Никогда в жизни я не видела такой красоты: открытые плечи, воздушные рукава. К тонкому кружеву так и тянуло прикоснуться, искусно украшенное, платье было произведением искусства.
Хозяйка салона Виктория помогла мне одеться и ахала, расправляя юбку. Ах, мне так идет. Ах, я такая красавица! Это была стильная женщина за сорок, она поглядывала на Антона, явно его побаиваясь и словно бы безмолвно обращалась к нему: вас все устраивает, я все делаю правильно? Раскусила, что заместитель крутого мужика привез его девчонку.
Я стояла на подиуме перед огромным зеркалом, пока другие девушки ползали у пола, приводя в порядок подол. Виктория набросила на меня фату, начала поправлять на плечах.
Все, что оставалось мне — смотреть на свое отражение.
