В этот морозный январский день, когда Нью-Йорк казался застывшим и неподвижным под хлынувшим ледяным дождем, каждая улица была заполнена замершими фигурами. Власть аристократки ощущалась в каждой упавшей снежинке и каждом раздавшемся шаге. Книга "Наследие аристократки" посвящает этот тихий и холодный Новый год, когда даже самые благословенные дома скрываются под гнетом обрушившейся зимы....
Сотрудники «Кристис» все сделали правильно – они разожгли интерес публики, добавив ауру таинственности, но не опустились до дешевой, вульгарной сенсационности. Попадание было точным. Несколько месяцев назад, когда мисс Уиллоуби позвонила Филиппу для обычной оценки содержимого банковской ячейки, никто не ожидал такого успеха.
Джейн появилась за несколько минут до начала и, сев рядом с Валери, извинилась за опоздание. На ней был шелковый голубой костюм – под цвет глаз, и выглядела она прекрасно. Валери улыбнулась ей, но лицо осталось серьезным.
Валери было печально расставаться с вещами, которые мама ценила и хранила столько лет, но она не видела никакого смысла в том, чтобы оставить их себе. Маргерите драгоценности подходили, ведь она была графиней да и жила в другую эпоху.
Торги должны были начаться с минуты на минуту. Валери посмотрела на Филиппа, и тот ей улыбнулся. Ему хотелось сейчас сидеть рядом с мамой, поддерживать ее.
Валери пригласила и Винни, но она заявила, что начнет нервничать из-за ставок и у нее заболит сердце. Сестра решила, что лучше ей узнать результаты аукциона на следующий день.
Вечером накануне аукциона Валери позвонили Том и Энджи и пожелали удачи. Присланный ею каталог Том показал Уолтеру. Тот внимательно рассматривал каждую фотографию, а потом вынес вердикт: Маргерита стала еще красивей, чем была в молодости. Конечно, Уолтер понял, что она вышла замуж, но это его не расстроило.
Валери часто спрашивала себя, какой была бы жизнь родителей и ее тоже, если бы им разрешили пожениться. Томми все равно отправили бы на войну, и Маргерита стала бы вдовой. Но ей не пришлось бы скрывать беременность, и она осталась бы с дочерью в Нью-Йорке. А у Валери было бы другое детство – счастливое, с родной любящей мамой.
