В этот морозный январский день, когда Нью-Йорк казался застывшим и неподвижным под хлынувшим ледяным дождем, каждая улица была заполнена замершими фигурами. Власть аристократки ощущалась в каждой упавшей снежинке и каждом раздавшемся шаге. Книга "Наследие аристократки" посвящает этот тихий и холодный Новый год, когда даже самые благословенные дома скрываются под гнетом обрушившейся зимы....
Все-таки они давно не виделись.
– Долго же ты ко мне добиралась. Я ждала тебя все эти годы, – загадочным тоном произнесла Фиона. – Думала, что, может быть, после нашего последнего разговора ты навестишь меня и задашь кое-какие вопросы. Но этого не случилось. Что привело тебя сейчас? – Она выжидательно смотрела на Валери.
– Случилось кое-что странное. Может, это ничего и не значит, но оно мучает меня. Мой сын по работе имел дело с банковской ячейкой, владелицу которой до замужества звали Маргерита Пирсон – точно так же, как мою старшую сестру, которая умерла.
Она передала фотографии Фионе. Та надела очки и, кивая, стала внимательно изучать каждую из них. Валери смотрела на няню, затаив дыхание. От волнения у нее дрожали руки. Через минуту могло случиться что-то очень плохое – или, наоборот, очень хорошее, что подарит ей свободу от семьи, которая никогда ее не принимала. Всю жизнь Валери чувствовала себя обязанной им, должна была уважать тех, кто ее едва мог терпеть.
Фиона просмотрела все фотографии и подняла глаза.
– Что ты хочешь знать? – серьезным тоном спросила она.
– Знаю, это звучит безумно, – почти шепотом произнесла Валери, – но, может, эта женщина – моя сестра Маргерита, которая умерла в Европе в девятнадцать лет?
Фиона не стала медлить с ответом."
"– Нет, это не так, – заявила она твердым тоном. У Валери упало сердце. Она так надеялась на это! Тут Фиона протянула к ней морщинистую руку и нежно погладила ее по плечу.
– Когда же она меня родила? – пробормотала Валери. Прошлое, каким она его знала, рухнуло в одно мгновение.
