В зеркале веков вспыхивает легендарное строительство Твердыни, когда имперские казны иссякли. Независимые жители западных земель изменили облик столицы. Здесь каждый камень свидетельствует о роковой ошибке императора.
За это время все воины, включая Литаса и Рикара, уже успели вооружиться арбалетами, и теперь острия арбалетных болтов неотступно следовали за внезапно сошедшим с ума часовым. Безоружными остались лишь два человека — я сам и отец Флатис. Когда священника выдернули из пещеры, то забыли прихватить его вытертый посох, впрочем, не похоже, чтобы твердо стоящий на ногах старик нуждался в поддержке. Такой сам кого хочешь поддержит…
Подбежав к стене, Лени первым делом метнулся к тому месту, где должна была находиться опущенная им платформа подъемника, и, обнаружив там лишь утоптанный снег, в замешательстве остановился, недоуменно крутя головой по сторонам и выдыхая облака пара.
Вглядываясь в темноту позади него, я не заметил присутствия кого-либо еще, и несколько успокоился. Да и сам незадачливый часовой не нес на себе никаких видимых признаков чего-то необычного, за исключением своего странного поведения.
Смотрящий на фигурку у подножия стены поверх взведенного арбалета Рикар повернул лицо ко мне и состроил вопросительную гримасу.
— Поговори с ним, — тихо ответил я на его безмолвный вопрос.
— Я сам! — не понижая голоса, проворчал священник и, опустив лицо, громко крикнул — Лени! Лени! Сын мой, ты меня слышишь?
Услышав резкий окрик, Лени вздрогнул, крутнулся на месте, зачем-то взглянул себе под ноги, но наверх так и не посмотрел! Зато начал водить вокруг себя факелом, пытаясь увидеть окрикнувшего его человека.
— Может, он головой своей дурной о камень приложился? — тихо предположил Литас, не отрывая взгляда от Лени. — Когда спускался… ведь он только по веревке мог спуститься… сорвался и рухнул. А высота здесь та еще…
— Да нет… — мотнул я головой — Тут что-то другое. Помнишь историю о Реджере, уничтожившем защиту поселения Ван Ферсис?
— Лени! Посмотри наверх! — вновь крикнул отец Флатис и, взяв у стоящего рядом воина факел, поднес его к своему лицу.
Это подействовало. Рывком подняв лицо вверх, Лени увидел наши головы и осклабился в безумной улыбке. Скользнул взглядом по лицам, словно ища кого-то конкретного и, зацепившись глазами за меня, обрадованно заорал, приплясывая на месте:
— Господин! Я нашел его! Все как вы велели, господин! Он у меня здесь, с собой!
— Что? — поразился я и, в свою очередь, шагнул к краю стены.
