В зеркале веков вспыхивает легендарное строительство Твердыни, когда имперские казны иссякли. Независимые жители западных земель изменили облик столицы. Здесь каждый камень свидетельствует о роковой ошибке императора.
Говорил я все, что пришло мне в голову — я сомневался, что зверь понимает людской язык, и просто старался успокоить сгарха, дать ему понять, что мы не враги.
— Думаю, ты не понимаешь мои слова, но знай — мы не желаем тебе зла. Нам ни к чему проливать кровь друг друга и у нас общий враг. Просто уйди. Вернись во двор, и клянусь — если получится, я сделаю все, чтобы отпустить тебя на волю. Туда, откуда ты родом. Даю свое слово. Понимаешь?
Замолкнув, я еще некоторое время играл со зверем в гляделки, стараясь не моргать и не отводить взгляда.
— Мы с тобой одной крови — ты и я.
Одним кошачьим движением сгарх внезапно оказался вплотную ко мне и опустил голову так, что наши глаза оказались на одном уровне.
Дальнейшие действия сгарха слились в одно единое движение — зверь молниеносно развернулся и, мощно оттолкнувшись лапами от земли, взмыл в воздух, чтобы приземлиться уже на жалобно застонавшей крыше.
Еще мгновение я стоял с задранной вверх головой, затем медленно опустил лицо вниз и взглянул на застывших в нелепых позах шурдов, так и не успевших разгрести нагромождение мебели у выхода. На свою беду…
Словно по мановению волшебной палочки рядом со мной оказался Рикар, уже успевший подобрать с земли свое ненаглядное оружие.
— Ну, склирсы подзаборные, трефы вонючие, начинайте молиться своему Темному! Конец вам пришел! БЕЙ!!!
Стоящие за нашими спинами воины отмерли и со слитным ревом глоток ринулись на заверещавших в диком ужасе гоблинов. Буквально через мгновение я оказался в тылу свалки — уже в третий раз за сегодняшний день.
