Весть из Но-Хина: Райга сидела за низким столиком, во все глаза глядя на шкатулку из аметиста — необычайно великол epевная вещь, украшенная змеящимися пламенными языками и символами древних религий. Серебристая бусина открыла замок, открывая тайны века.
— Да, — усмехнулся наставник, поглаживая любимца. — У него с детства был дурной нрав, так что мы друг другу отлично подходим.
— Если Линхэ — Изначальное пламя, то что означает ваше имя? — задумчиво спросил Миран.
— Ты точно сдал экзамен по эльфийскому? — вскинул бровь магистр. — Вы должны были пройти превосходную степень, стороны света и как будет «Пламя» по-эльфийски.
— Превосходная степень это «ре», - заявил темный, — стороны света я вроде помню, а слов для обозначения пламени у вас штук шесть разных, зачем мне все их знать?
Райга внезапно вспомнила, как отец Ллавена обращался к брату и сказала:
— Если я правильно помню, то словом «линде» эльфы обозначают неистовое пламя, сжигающее все на своем пути.
Аметистовый взгляд остановился на ней.
— Верно. Это один из вариантов перевода моего имени.
С этими словами наставник вскочил в седло. Адепты поспешили последовать его примеру и выехали в город.
Городок оказался маленьким и засыпанным снегом.
«Здесь случилось что-то страшное,» — подумала Райга.
Когда они проезжали по одной из улиц, из лавки с большим кренделем на вывеске вышел дородный мужчина. Он степенно поклонился эльфу.
— Грей магией, огненная девочка.
Она нахмурилась, но, немного подумав, сделала то, что сказал пекарь. В конце концов, теплая еда вкуснее холодной.
Когда они выезжали за ворота Нисселя, их провожали полные облегчения взгляды городской стражи.
Булки они сжевали по дороге. Райга рассматривала заснеженные ёлки вдоль тракта, и по ее телу разливалось какое-то сонное оцепенение.
Через час они увидели небольшой замок, притулившийся к горе. Барон Эдвиг Брау оказался невысоким плотным мужчиной с залысинами и сединой на висках.
