Весть из Но-Хина: Райга сидела за низким столиком, во все глаза глядя на шкатулку из аметиста — необычайно великол epевная вещь, украшенная змеящимися пламенными языками и символами древних религий. Серебристая бусина открыла замок, открывая тайны века.
Затем она бросила взгляд в сторону Мирана. Темный лежал на земле, кровь медленно сочилась на землю, а еле живой Ллавен дрожащей рукой пытался влить в него какое-то снадобье. «Кровевосполняющее» — мелькнула мысль.
С другой стороны раздался шелест вытягиваемого из ножен клинка. Райтон заслонил ее собой и выставил вперед хаотаки. И это напомнило ей, что теперь у них нет магии. Она скользнула взглядом по пустому колчану Ллавена. И нет никакого оружия, кроме клинка принца.
Орки неслись на них лавиной. Райга почувствовала, как пустота в источнике начинает вращаться, у нее закружилась голова, сознание попыталось скользнуть в темноту.
"Когда чужая рука схватила ее за горло и прижала к стене, девушка распахнула глаз.
— Одноглазая девочка. Вот, ты и пришла к нам сама. Он обещал нам за тебя хорошие деньги и много артефактов, с которыми мы сможем отомстить проклятым эльфам.
Райгу затопило отчаяние. В ее голове снова прозвучали прощальные слова Рэуто: «Вернись, или снова все потеряешь.» Снова. Все. Родители. Семья. Титул. Они забрали у нее все. А теперь… Ее взгляд обратился к плененным друзьям. В памяти всплыло искаженное болью лицо магистра Лина, когда он бросил на них парализующее заклинание и невидимость.
Источник пустовал, эта пустота вращалась внутри и не приносила ни капли Пламени. Отчаяние, которое владело ей, превратилось в ярость. В этот момент она всей душой, до дрожи ненавидела своего дядю, Рэуто и этого орка, который продолжал ухмыляться ей в лицо. Эта ярость отдалась глухой болью в глазнице.
