Автор
В столице случаются особенные пробки - "глухие". Они не только задерживают, но буквально уносят в поток летних забот и нервов. Вместе с толпой автомобилей, проклинющих "этих идиотов", город обволакивается туманом выхлопных газов и специфическим бормотанием водителей.
– Вы ведь понимаете, что не сможете править им?
Ответить можно было по-разному, но Сдемир оценил уровень искренности их разговора и решил его поддержать:
– Смогу, но только из-за спины.
– Это не ваш стиль, – улыбнулся нав. – Вам нужен трон, но мы оба знаем, что в реалиях Зелёного Дома трон вам не светит, поскольку вы не маг. Вы сядете на трон только в том случае, если ведьмы ослабнут настолько, что вынужденно признают вашу власть. Но в этом случае вас съем я.
– Ерунда, – попытался отмахнуться Сдемир, но не мог не сказать себе, что проклятый комиссар снова оказался прав.
А комиссар, в свою очередь, продолжил как ни в чем не бывало:
– Вы видите, что происходит, Сдемир, но не хотите признавать, что Дом катится под откос. Ваши нынешние ведьмы слабее предшественниц. Они ещё опасны, но игра ведь не закончилась, и мы с чудами будем вышибать одну за другой. А на смену придут ещё более слабые колдуньи, и всё это – в интересах Ярги. Потому что наступит день, когда чуды и люды ослабеют настолько, что их можно будет брать голыми руками.
– Примет? – дёрнулся Сдемир.
– Обязательно примет, – подтвердил Сантьяга. – Ведь Ярга предложит то, что угодно Тьме. – Пауза. – Для меня и князя возвращение Ярги означает смерть, мы – единственные, кого он не хочет видеть, и поэтому мне нужна ваша дружба, Сдемир, – чтобы нанести Ярге смертельный удар сейчас, пока я ещё могу положиться на свою Навь.
* * *И снова – Тьма.
Привычная Тьма кабинета князя Тёмного Двора на этот раз казалась насторожённой.
– Вы обманули Анну, – негромко, но очень-очень холодно произнёс Сантьяга, присаживаясь на краешек стола. – И меня вместе с ней.
– Я избавил тебя от ненужного решения, – проклокотал князь из-под низко надвинутого капюшона.
– Вы во мне сомневались?
– Я тебе помог.
– Мне доводилось принимать подобные решения, – напомнил Сантьяга.
– Ты подпустил метаморфа слишком близко.
– Я никого не подпускаю слишком близко, – резанул комиссар. – Они умирают!
Он даже привстал со стола, но тут же вернулся. Так быстро, что даже Тьма не успела среагировать. И заколыхалась, мрачная, сообразив, что не смогла бы остановить Сантьягу. Просто он не захотел ничего делать.
– Это я никого не подпускаю близко, – прозвучало из-под капюшона. – А в тебе слишком много эмоций.
– Столько, сколько нужно.
