Обнял маму, отца, дядю Анри, дядю Билли и тетю Анабель. Поцеловал маленькую Гелигвен. Потом Лидию и Валенсию. Засунул куклу в походную сумку. Вскочил на своего Зверя.
— Прощайте, дорогие мои! — махнул им рукой. Занял свое место в нашей тройке с Фредериком и Араторном. Раздалась команда и колона двинулась к выходу из королевской резиденции. Мы должны были соединиться с остальным корпусом, выходящим из трех городских ворот Аквалона. И тут мы все услышали звонкий голос нашей певуньи, нашей Лидии:
Я песней, как ветром, наполню страну,О том как товарищ пошёл на войну,Не северный ветер ударил в прибой,В сухой подорожник, в траву зверобой.
Прошел он и плакал другой сторонойКогда мой товарищ прощался со мной,Но песня взлетела и голос окреп,Мы старую дружбу ломаем как хлеб.Чтоб дружбу товарищ пронес по волнамМы хлеба горбушку — и ту пополам,Коль ветер лавиной и песня лавиной —Тебе половина и мне половина.Мы двигались уже по улицам города, а я все слышал голос Лидии. Мы все его слышали.
Я ни разу не обернулся на окна дворца. Наверное, у меня что-то сгорело, там внутри. Хотя нет, угли еще остались. Они жгли. Но я очень надеялся, что они быстро погаснут. Ведь давать им пищу и раздувать из них пламя костра, было уже не кому. А впереди нас ждала Цитадель! Новая жизнь, новые друзья…
Лолерея слушала своих дочерей и бледнела.
— Великая богиня, что они натворили… — Княгиня всех ундин закрыла лицо ладонями.
— Мама, так получается, что Святослав не изменял Эллии? Что все это было подстроено? — Спросила свою мать Медея.
— Да! И я пока не знаю, кто это сделал.
— Но теперь Святослав уверен, что это Эллия все подстроила! — Марина заплакала. — Мамочка, что теперь будет?
— Все будет очень плохо. Бегите мои девочки к Эллии, скажите ей! Может еще не поздно?
Княгиня выглянула в окно, конная колона пришла в движение и стала выплескиваться за ворота дворца. Зазвучала песня. Пела Лидия.
«Уже поздно!» — поняла ундина. В покоях Эллии Александры её ждала ещё одна безрадостная новость…
Эллия АлександраПодскочив на уже своей постели, столкнулась лбом с Мариной, которая тормошила меня с бледным выражением на лице, пока Злата летала вокруг нас с громким плачем.
— Вы чего!?
Очередная грубость, вылетевшая с моих уст, успокоила балаган, царивший вокруг моей кровати.
Медея, Марина, Злата, куча фрейлин во главе с тётей Лолереей заполонили мои покои, лишая свежего утреннего воздуха.
