Наваждение лишь усиливалось с каждым днем, который он проводил вдали от девушки. А в сердце будто поселилась незаживающая рана. Пустота, которую ничто не могло заполнить. Ничто, кроме ее присутствия.
В конце концов, он настолько разозлился на самого себя за эту слабость, что попытался преодолеть возникшее чувство. Загнать куда подальше, как нечто постыдное и тайное, что никому нельзя показывать. Отвлекался магическими тренировками, физическими нагрузками и изучением того, что может ему понадобиться при управлении империей. Отцу ведь уже сказал о своем намерении принять более активное участие в делах. И тот был приятно удивлен его энтузиазмом. Начал потихоньку восполнять пробелы в познаниях сына по важным вопросам.
Наверное, только то, что всегда находил себе занятие и загружал голову другими мыслями, помогло продержаться до конца отпуска. В дальнейшем Михаил тоже планировал избегать девчонки. Выкорчевать из сердца. Пусть постепенно, с трудом. Временами он почти ненавидел ее за то, что так трудно это сделать. Ну вот за что ему такое?! Впрочем, те женщины, чьи сердца он ненароком разбил и пошел дальше, и лиц которых уже даже не помнил, могли бы с некоторым злорадством ответить на этот вопрос. Есть за что! Видимо, подобная любовь и дана метаморфам в наказание за ту власть, которую они имеют над противоположным полом. Однажды за все придется заплатить сполна.
– Михаил, с вами все в порядке? – вырвал его из размышлений встревоженный голос директора.
Кронпринц вздрогнул, осознав, что настолько ушел в свои мысли, что потерял связь с реальностью. Вместо того чтобы попрощаться и уйти, продолжает сидеть на диване и пялиться в пустоту.
– Да, все в порядке, – выдавил из себя и поднялся. – Не буду вас больше отвлекать.
– Заявление вам поможет составить секретарь, – махнув рукой в знак того, что не стоит извиняться, по-отечески улыбнулся директор. – Всего хорошего, Михаил!
– До свидания, – улыбнулся в ответ кронпринц, вновь принимая невозмутимый вид и выходя из кабинета."
"Уже покидая стены Академии, невольно вспоминал о том, как все его надежды выкинуть из головы Елену пошли прахом, стоило лишь снова ее увидеть. А ведь как старался не допустить этого! Даже не осматривал толпу собравшихся вокруг Академии нынче утром, чтобы ненароком не увидеть знакомое лицо. И в то же время как хотелось оглядеться! Настолько сильно, что приходилось до боли стискивать зубы и идти вперед с одеревеневшими от напряжения мышцами.
Он надеялся, что встреча с друзьями поможет развеяться. Но их болтовня служила лишь фоном, и Михаил почти в нее не вслушивался.