И уже там они полностью распоряжались свободными местами.
Едва все успели рассесться, как прозвенел звонок, больше напоминающий звук гонга. А вскоре в аудиторию зашел куратор. Им оказался представительного вида мужчина лет сорока с зализанными волосами, смазанными какой-то глянцевой гадостью. Глаза навыкате придавали ему сходство с рыбой, и я мысленно окрестила его Карпом. Одет он был в строгий костюм-тройку с брошью-эмблемой Меданской Академии на груди, какую тут носили все наставники.
– Приветствую всех! – неожиданно звучным и хорошо поставленным голосом проговорил он, встав за кафедрой на небольшом помосте. – Меня зовут Аркадий Данилович, орн Парковский.
Добавлять то, чьим вассалом является, как было здесь принято, он не стал. В подобных Академиях, не находящихся во владениях конкретного аристократа, преподавать могли исключительно имперские орны. На тот случай, чтобы никто не сомневался в их объективности. Им давались довольно широкие права и разрешение не склоняться даже перед кернами великих родов, проходящими обучение. Подотчетны они лишь императору. И это вполне понятно. О какой нормальной учебе могла бы идти речь, если бы любой студент считал себя вправе указывать наставнику?
– Для начала хотел бы вас немного ознакомить с порядками, принятыми в нашей Академии. Здесь несколько упрощенный этикет. Поэтому в стенах Академии к студентам принято обращаться просто по имени, без указания титула. В первую очередь тут будут оценивать ваши знания и таланты, а не что-либо иное.
Так вот почему Юлия Темнина так запросто обращалась к наследнику, – почему-то первым делом посетила голову мысль. Это вовсе не говорит об их особых отношениях. Даже настроение немного поднялось.
– Обучение будет вестись по семестрам. В конце них будут проводиться экзамены и зачеты, а также выдаваться памятные знаки особо отличившимся студентам.
Я мысленно хмыкнула. Об этом Елена прекрасно знала. Среди аристократов считалось очень престижным в чем-то отличиться среди себе подобных. Такие памятные знаки, представляющие собой медальки из драгоценных металлов или кубки, располагались на самом видном месте в аристократических домах. Так, чтобы все видели – их отпрыски не пасут задних, а являются гордостью рода. И вот, пожалуй, желание получить подобные знаки отличия – лучший стимул для юных аристократов соблюдать дисциплину и хорошо учиться. Никто не хотел становиться предметом презрительных смешков и снисходительных взглядов со стороны не только сверстников, но и их родителей. Лично мне было фиолетово, добьюсь я каких-нибудь успехов в Академии или нет, но вот личность Елены внутри прямо-таки встрепенулась при этих словах Карпа.