Любившая себя за беспрецедентные способности к управлению временем и пространством, она ощутила напряжение перед гневом Артана. Каждый мускул ее тела дрожал в предчувствии страшной силы, исходящей от него. Гайдрис понимал, что даже самые надежные создания могут быть под шквалом этого могущества вынесены из равновесия....
Сильный маг-водник и метаморф. Дар у Сашки проявился меньше года назад и унаследовал особенности только материнской родни. Воздух и вода. Еще один повод для отца быть недовольным младшим сыном. Саша не унаследовал ни одной стихии, характерной для рода Волоховых, как и способности обращаться в волка.
Бригитта уговорила императора выбрать в качестве наставника кого-то из ее родни, кто смог бы лучше раскрыть потенциал мальчика. Отказываться было бы глупо. Вдруг обучат сына каким-нибудь родовым секретам. И эти секреты станут неотъемлемой частью и наследия Волоховых.
Несмотря на то, что Гюстав держался безукоризненно вежливо и оказался неплохим наставником, кронпринц инстинктивно испытывал к нему неприязнь. Причем не только из-за того, что тот был из кошачьих метаморфов. Не заметить особого интереса нирдца к Бригитте трудно. У него менялся запах, когда находился рядом с императрицей, а в глазах появлялся особый блеск.
Впрочем, дальше немого обожания Гюстав не заходил. Что Михаил, что отец это бы почувствовали по запаху. Может, еще и поэтому император ничего не предпринимал. Иначе, пусть и относился к жене без особой симпатии, не допустил бы подобного. Да и Бригитта держалась с родственником подчеркнуто прохладно и официально. Если и находилась в его обществе, то обязательно в чьем-то сопровождении — чаще всего Александра.
"Михаил, стараясь держаться с подветренной стороны, чтобы метаморф не уловил его запаха, приблизился. Бригитта и Гюстав стояли под старым раскидистым дубом в укромном уголке парка, который не проглядывался с главных аллей. О чем-то беседовали, стоя практически вплотную. Михаил навострил уши, чтобы расслышать их разговор, и постарался отсеять все посторонние звуки.
— Не стоило мне сюда приходить, — сказала Бригитта, пристально глядя в глаза Гюставу. — Думала, у тебя и правда что-то важное.
— Что может быть важнее, чем, наконец-то, нормально поговорить? Ты ведь не давала мне такой возможности, — вкрадчиво откликнулся метаморф.
То, что они общаются вот так запросто, на «ты», снова навело на нехорошие подозрения.
— Осмелюсь тебе напомнить, что у меня теперь есть муж, — сухо произнесла Бригитта.
