Любившая себя за беспрецедентные способности к управлению временем и пространством, она ощутила напряжение перед гневом Артана. Каждый мускул ее тела дрожал в предчувствии страшной силы, исходящей от него. Гайдрис понимал, что даже самые надежные создания могут быть под шквалом этого могущества вынесены из равновесия....
Все государственные больницы носили такую эмблему и финансировались императорской казной. Вот если бы меня отправили в какую-то частную клинику, тогда да, был бы повод для удивления.
Я снова вернулась к прежней статье о магии. Мельком прочла короткое упоминание о том, что помимо перечисленных видов магии, изредка пробуждаются и другие — более редкие. Но случаи настолько нечасты, что их можно буквально по пальцам пересчитать. Мысленно усмехнулась. Похоже, я как раз и подпаду под такой вот случай. Если, конечно, обещанная сила все-таки пробудится.
Уровни магии тоже неоднородны. По-настоящему могущественных магов очень мало, как я и подозревала. Их называют мастерами и составляют они не более чем половину одного процента от общего количества одаренных. Сильных (в обиходе таких зовут полносилками) — чуть побольше — пять процентов. Середняков — тридцать. Ну и львиная доля слабосилков — шестьдесят четыре с половиной процентов. А максимум, на какой способны слабые маги, не слишком впечатляет. Так что чего аристократы настолько кичатся своим даром — непонятно! При нынешнем уровне науки и техники любой простолюдин с легкостью их за пояс заткнет, стоит дать ему в руки оружие помощнее.
Поймала себя на том, что, похоже, начинаю ненавидеть аристократов лютой ненавистью, еще даже не познакомившись ни с кем. Хотя… Надежда, раз маг, тоже вполне может быть аристократкой.
"Взгляд упал на абзац о некоторых особенностях местного законодательства, связанных с одаренными, и я прямо-таки зависла. Чем больше читала, тем сильнее хмурилась. Как оказалось, сам по себе маг жить не имеет права. Если ему не повезло родиться в семье кернов или орнов, то обязан выбрать, к кому поступить на службу и кто даст ему титул.
