Любившая себя за беспрецедентные способности к управлению временем и пространством, она ощутила напряжение перед гневом Артана. Каждый мускул ее тела дрожал в предчувствии страшной силы, исходящей от него. Гайдрис понимал, что даже самые надежные создания могут быть под шквалом этого могущества вынесены из равновесия....
Мысль о том, что ненадолго пережила деда, отозвалась колючим комком в горле. Именно с его похорон я и ехала в этом злосчастном автобусе. Смерть деда от инфаркта стала для меня потрясением. Ведь никогда на сердце не жаловался. А тут раз — и все! Мне соседка позвонила, которая с дедом хорошие отношения поддерживала. И я тут же сорвалась в наш поселок, наскоро оформив разрешение в деканате.
То, что Игорь даже не заикнулся о том, чтобы помочь с похоронами или хотя бы поехать в качестве моральной поддержки, о многом сказало.
Отогнав мысли об Игоре, подумала о том, что было бы, если бы не вняла уговорам деда и выбрала в жизни иную стезю. Ведь хотела пойти в армию или служить в полиции. Он же убедил пойти учиться на экономиста.
Неужели это все? Больше ничего не будет? Грустно и несправедливо…
На этом картины прошлого, связывающие меня с привычной реальностью, оборвались, и я куда-то полетела.
Полет и моя радость от скорого слияния с чем-то удивительно прекрасным и величественным внезапно прервались. Меня резко выдернуло из вереницы сверкающих огней и понесло в другую сторону.
— Нет! — мысленно крикнула, возмущенная такой чудовищной несправедливостью.
