В холодном купальнике и запахе горькой воды я осознала себя в детском доме. Голосик мальчишки навевает дрожь — проснись, мама! А ты лишь пыталась вырваться из объятий маленького беспомощного ребенка, когда он упал на живот.
На лбу ребёнка проступил пот, словно он долго бежал, Маркус с сожалением снял кольцо и положил к остальным украшениям и артефактам:
— Близко, но не совсем. Будто что-то мешает мне соединиться с родовой силой.
Причиной могло быть то самое проклятье рода Морган, и я потребовала подробностей, в это время вертя в руке кольцо. По возникшему желанию его надеть, я уже поняла, что это он, тот самый артефакт, который сделали специально для меня. Маркус и рассказал, что это был подарок того самого деда, лорда Хэнли, перед школой.
Весь вечер я изучала заклинания, помогавшие домохозяйке содержать дом в порядке. И сразу поняла, что волшебных заклинаний, выполняющих всё, не было. Мало того, сила на них бралась большей частью из меня, в меньшей из пространства. В магической части это немного облегчало чары, а вот в немагической затрудняло.
Утром мы дождались констебля, который и проводил нас до места погребения, которое организовала фабрика, а после и он с нами в кабинет, где мы встретились с полноватым мужчиной, одетым с иголочки.
Только он принёс соболезнования и начал:
— Хочу со всем уважением зачитать решение руководства фабрики и озвучить компенсацию, положенную инженеру Моргану. Её получите вы, вдова Морган и сын мистера Моргана, Маркус Морган…
Дверь стукнулась о стену, настолько сильным был удар, и в комнату вплыла дама: крупная и явно разъярённая женщина чуть за пятьдесят.
Я в шоке посмотрела на констебля, на представителя компании, только что приносящего мне соболезнования и собирающегося рассказать о той самой компенсации.
Окинула взглядом появившуюся внезапно мадам, вернулась к смутным воспоминаниям о муже Энн, и поняла, что к нам явилась его мать и моя свекровь.
И ведь успела в самый ответственный момент!
Констебль насторожился, представитель фабрики сразу уточнил, имеет ли дама отношение к Майку Моргану, и получив однозначный ответ, пригласил её присоединиться к обсуждению, раз уж она оказалась настолько близким родственником.
Дама пыхтела возмущённо, но села.
