В холодном купальнике и запахе горькой воды я осознала себя в детском доме. Голосик мальчишки навевает дрожь — проснись, мама! А ты лишь пыталась вырваться из объятий маленького беспомощного ребенка, когда он упал на живот.
Тот скривился и продолжил в сердцах:
— Да в тот-то и дело, что раньше, причём совсем недавно, пару лет назад, пока я не уехал закупать очередные земли и инспектировать уже приобретённые, дела были не в пример лучше. Ехать туда я не хочу, просто не могу, не желаю и слышать лишний раз о поместье Майер. Мы с Лаурой прожили там часть молодых лет, и воспоминания… Наполненные счастьем и радостью, вместе с тем они будоражат память, и сердце вспоминает, а после болит. Нет, не хочу даже думать об этом месте.
Я понимала, чувствовала, что глава что-то скрывал.
— Ладно, не к месту я что-то расчувствовался. Если по делу, то мой управляющий просмотрел ежеквартальные отчёты за последние два года и говорит, что в целом всё выглядит разумно. Неудачный позапрошлый год, когда почти весь сад высох, да и урожая практически не было на огородах. Теплицу нужно было перекрыть, так как в прошлый год были сильные ветра, и я с попечителями добавил средств.
Глава Хэнли явно был раздосадован таким положением дел, а я спросила:
— Мне не совсем понятно, почему приют существует на средства попечителей? Корона совсем не помогает?
Глава Хэнли посмотрел на меня недоумённо, а я поняла, что сморозила глупость, не знакомая с положением вещей здесь и сейчас. Я привыкла к порядкам в своей стране, и там частных приютов не было, вроде. А здесь всё было, получается, наоборот?
Лорд Хэнли вздохнул печально, откинулся на спинку кресла и начал с другого:
— У вас с сыном будет две-три недели до отъезда.
