В холодном купальнике и запахе горькой воды я осознала себя в детском доме. Голосик мальчишки навевает дрожь — проснись, мама! А ты лишь пыталась вырваться из объятий маленького беспомощного ребенка, когда он упал на живот.
— Подумала я и начала подготовленный вместе с дедом рассказ о себе и сыне."
"Глава 21
Поначалу я думала, что всё будет просто. Мне всего-то нужно было продержаться недели три, самое большее месяц, и за это время вести себя так, как вела бы на моём месте новая учительница, получившая тёплое местечко.
Первый же бой я дала за своего сына, и бой этот произошёл с новым для меня человеком — экономкой миссис Браун. Дама была крепкой, деловой и работала здесь уже два года.
Пока мы шли втроём, я отказалась оставить сына одного в моей новой комнате, он сам просил взять его, я узнала много и о самом приюте, и о его создании, делая вид, что ранее не слышала этого.
Миссис Браун была суха, тверда, держала себя на расстоянии и не позволяла лишнего. А как мы стали возвращаться, — она остановилась на лестнице второго этажа и показала рукой на левое крыло, а после показала на Маркуса:
— Пойдёмте, я покажу вам место, которое приготовила для юного Маркуса Майера.
Маркус сделал шаг вперёд и поднял на меня взгляд, удивлённый, что я стояла на месте. Я же рукой загородила ему путь, показывая, чтобы стоял на месте, сжала губы и твёрдо ответила:
— Мой сын будет жить вместе со мной. Я сама буду приводить его на занятия перед своей работой, а после забирать. Да, возможно, позже, через месяц, как привыкнет к новому месту, он сможет присоединиться к группе.
Интуиция, вот что никак не давало отпустить ребёнка. Хотя я понимала, что если бы мы и правда приехали сюда надолго, ребёнка нужно было отпустить, чтобы он знакомился с ребятами своего возраста и вливался в коллектив.
Персонал по большей части был новый, но в возрасте. Хмурые, неразговорчивые и не любившие детей. Не знаю, с чего я так решила, но всё здесь казалось казённым, холодным, недушевным, что ли. И распорядок, и обстановка, и люди.
