В тепле старой башни ждет новая жизнь. Ниночка трепещет в первом роддоме города, а за окном сгущаются сумерки. Мать Татьяны, вернувшись домой, обнаруживает нежный конверт — и таинственное предназначение для своей будущей правнучки.
"Наследница старой башни
Глава 1
-- Вот, мама, смотри, хорошенькая какая! – Татьяна протянула мне нежно-розовый конверт и с гордостью добавила: -- Первая твоя правнучка!
Ниночка, внучка, стояла рядом с моим креслом и немного тревожно всматривалась, не понадобится ли подхватить малышку. Ничего, привыкнет к материнству. Здесь есть кому и присмотреть, и подсказать. Удобно устроив спящую кроху у себя на коленях, погладила внучку по нежной руке, успокаивая:
-- Не волнуйся, моя девочка, я держу ее крепко.
-- Как и хотели, Любашей. В твою честь, бабуля, – Нина наклонилась и мягко коснулась губами моей щеки. – Мы сегодня уже и свидетельство о рождении получили!
Её муж, Андрей положил передо мной на стол документ. Конечно, рассмотреть я там вряд ли что без очков смогу, но то, что правнучку назвали в честь меня, приятно.
-- Танюша, подай мне очки, хоть посмотрю, как наше солнышко выглядит, – правнучке едва минуло восемь дней, и привезли малышку специально мне «на погляд».
Что толку в том, что голова ясная, если сдают суставы, если беспомощность наваливается каждый день плотнее и плотнее. Впрочем, жаловаться мне точно грех. И жизнь я прожила хорошую, и мужа мне судьба дала доброго и работящего. И деток на ноги поставить успели. Это уже внуков я без него поднимала. Сказывалось на его здоровье послевоенное голодное детство, всю жизнь с язвой мучился.
Впрочем, не стоит о грустном. Очки мне дочка принесла, и я принялась с нежностью разглядывать правнучку. Хорошенькая какая! Жаль, спит и глазки закрыты. Даже сердце у меня защемило от любви к этой крохе. Тут она, как по заказу, распахнула глазки и тихонечко пискнула.
Поднялась суета: молодую маму отправили в спальню кормить Любушку, Танюша отправилась на кухню и уже оттуда, я слышала, сердито выговаривала брату за задержку: «…и мама вас ждет.
Тяжело опираясь на клюку я проковыляла к огромному окну в сад. Там, у стекла стоит мое любимое кресло. Сейчас весной сад по особому прекрасен. Я помню, какой голой, закаменевшей землей нас встретил этот пустырь в самом начале лихих девяностых.
