Смерть известного художника объединяет его бывшую жену, любовницу и молодого человека, который по завещанию должен получить музейную коллекцию. Каждый готов бороться за наследство, скрывая свои истинные мотивы и давние тайны. На кону не только деньги и искусство, но и право на правду о прошлом.
Сейчас в свете того, что обнаружились неизвестные до сих пор работы и их подлинность установлена экспертами, издательство работает над новой редакцией альбома, куда все они будут включены.
— Благодарю вас, Анна Федоровна. — Евграф перевел взгляд с собеседницы на камеру. — Сейчас у нас на канале реклама, после чего мы вернемся в студию, чтобы продолжить разговор. Не переключайтесь, уважаемые зрители, все еще только начинается.
Зазвучала музыка рекламного ролика."
"— Плохо, Евграф, плохо! — с воплем отчаяния подскочил к ведущему полный мужчина маленького роста. Махнув в сторону ведущего носовым платком, он вытер им вспотевшие лицо и шею. — Сплошное самолюбование! И имя тебе не Евграф, а Нарцисс. Ты пойми, — он скосил глаза на Анну Федоровну и Дарью, — ты же не с людями разговариваешь, а с человеками.
— Виктор Илларионович, — Евграф сконфузился, его щеки запылали, — я постараюсь, правда, чтобы все было…
— Гример, быстро сюда, нарисуй ему бледность на щеках!
К Евграфу подбежала юная хрупкая девушка в джинсах, художественно заляпанных разноцветной масляной краской, и энергично принялась работать кисточкой. Режиссер, насупившись, наблюдал за процессом.
— Виктор Илларионович, — не выдержав гнетущей тишины, робко вступилась за ведущего Дарья, — не ругайте его, пожалуйста, ведь человек всего второй раз в прямом эфире.
— Не исключаю, что, может быть, и в последний, если так и дальше пойдет, — как приговор произнес режиссер.
— Конечно, вам со стороны виднее, — подчеркнуто уважительно обратилась Анна Федоровна к Виктору Илларионовичу, — но лично меня ничего не смущает, и у нас с Евграфом, — она слегка сжала его руку, — по-моему, установился контакт. Ведь правда?
Евграф молча кивнул. Гримерша, закончив «грунтовать» его лицо, отошла на шаг, любуясь результатом, но, спохватившись, перевела тревожный взгляд на режиссера.
— Вас, может, и не смущает, а меня… — Режиссер хотел что-то добавить, передумал и, махнув рукой, развернулся и пошел к камере.
— Ничего, ничего, — подбодрила Дарья ведущего, — все будет хорошо.
— Спасибо вам, — расчувствовавшись, поблагодарил Евграф своих собеседниц.
— Разговорчики! — рявкнул из-за камеры режиссер. — Уходим с рекламы, возвращаемся в студию!
Пока шла заставка программы, Евграф приосанился и быстро сделал несколько мимических упражнений.
— Спасибо, уважаемые зрители, что вы по-прежнему с нами.
