Автор
В главной книге "Наследник 3", Дмитрий Шимохин нарисовал атмосферу средневекового княжества в России, где честолюбие и предательство тесно переплетаются с кровью и древними родами. Главный герой Иван Степурин объясняет свой брату Аникию свою личную историю, влекущую за собой множество загадок и драматических событий. Каждый шаг повествования пронизан стратегией, предательством и тайными связями различных кланов, создавая непробиваемую защиту для читателя от скуки....
В тусклом свете заиграли краски древней иконы — святой Георгий, пронзающий змея."
"— Видишь, княже? — дрожал голос отца Никия. — Краски не потускнели за столько лет в сырости! Это чудо!
На что я лишь хмыкнул. На мой взгляд, они весьма потускнели, но кто я такой, чтобы спорить в столь пикантном деле.
Я осторожно провел пальцем по доске, чувствуя шероховатость древней темперы.
— Мы хотим построить храм рядом с пещерой, — продолжил игумен. — Чтобы мощи святого воина и эти святыни были доступны всем верующим.
— А что за воин? — спросил я, отодвигая икону.
Отец Никий перекрестился:
— Пока не ведаем. Но доспехи его весьма старые. Может, со времен Старицы он там покоился, тебя, княже, дожидался. Возможно, защитник Старицы от татар, что в бою был ранен и святыни для нас сберег.
Игумен налил мне сбитня в глиняную чашку.
— Нужно твое согласие, княже. И… помощь. Мы уже написали архиепископу Феоктисту в Тверь о произошедшем. Думаем, сам он в скором времени прибудет, дабы во всем убедиться.
Я отхлебнул кисловатого напитка, давая себе время подумать. В голове уже считал серебро из казны.
— Церковь строить будем, — наконец сказал я. — Триста рублей выделю. Но к началу лета, к царскому походу, чтобы было готово, — твердо закончил я. — Хороший знак будет.
Игумен и отец Никий переглянулись.
— Это… очень щедро, княже, но срок… — протянул игумен.
— С Божьей помощью управитесь. — Я встал, поправляя пояс. Хотелось спросить про Иова, но, глянув на Никия, я передумал. Может, он, конечно, и в курсе всех дел, но посвящать лишних мне не хотелось.
Вернувшись в город, я застал оживленную картину на крепостном дворе. Дядя Поздей, красный от холода и возбуждения, командовал вновь принятыми в полк, распределяя их по десяткам. Рядом, прислонившись к бревенчатой стене, стоял дед со своими знакомыми из Тулы и Волынскими — видать, решили посмотреть на мои военные порядки.
— Ну как, дядя, справился? — подошел я, похлопав Поздея по плечу.
— Как видишь, княже. — Он вытер пот со лба.
— Ждан! — крикнул я, заметив в толпе знакомую фигуру. — Собирай посадских, кто учиться вызвался.
Ждан метнулся исполнять приказ, а я задумался, глядя ему в спину. Пока обойдет, пока соберутся — час, не меньше, а то и два. Взгляд мой упал на группу стрельцов у порохового погреба.
