Резко проснувшись и услышав знакомое зовущее "Люся", поняла, что снова одна в холодной квартире. Голова раскалывается так сильно, что даже желание оставить жилье за кого-то другим кажется логичным решением. Вот тогда до меня докатилось, и я осознала, что именно этот крик является сигналом моего нового состояния — единоличности в мире холодных одиночек....
МОЮ квартиру! А куда она деньги дела? Надеюсь, не отдала Славику на «сохранение»?
Условия для человека могут измениться, а вот поведение и самооценку изменить очень сложно.
— Итак. Как вам занятие? — спросил улыбающийся Мирослав, когда в зале не осталось никого, кроме нас троих.
— Очень… познавательно, — скептически произнесла Ника, хотя по ее тону было понятно, что мнение у нее самое что ни на есть отрицательное. — Обязательно оставлю о вас отзыв.
— Можете приводить всю семью, — хмыкнул Барс. — Мы приветствуем, когда к нам обращаются родственники.
— Если вы не услышали — я выросла в детдоме.
— Я имею в виду ту семью, в которую вы вошли сейчас, — Мирослав мрачно склонил голову. — А что касается вас, Людмила…
Он сделал театральную паузу и вдруг вновь раскинул в стороны руки во всепрощающем жесте, до меня долетели нотки аромамасел которые он использовал. Пахло чем-то терпким и навязчивым:
— Все, что вы сегодня видели и чувствовали, более чем реально. Я знаю, что вы давно чувствуете себя потерянной.
У меня перехватило дыхание. Если раньше и были сомнения в том, что этот лже-гуру знает о моем «попадании», то теперь их не осталось.
— …Но я могу все исправить. Вы же хотите, чтобы весь этот ужас закончился? Приходите ко мне еще раз. На индивидуальное занятие.
Тряхнула головой, выныривая из охватившего меня оцепенения. Ника уже тащила меня за рукав к выходу:
— Нет, спасибо. От индивидуальных занятий я, пожалуй, откажусь.
— Подумайте. Только одно короткое «да» — и уже буквально на следующий день вы проснетесь другим человеком.
Если бы не Ника, я бы так быстро не смогла уйти оттуда. Не смогла бы так легко отмахнуться от мысли, что все можно вернуть. Снова взять под контроль свою жизнь."
"«Это то, что тебе действительно нужно», — в ушах звучал голос Мирослава, то, что он не успел сказать, но наверняка мог бы. Никаких детей, бывшего мужа, сумасшедшей мамаши и неадекватной свекрови… Может быть, мне действительно стоит все хорошо обдумать?
— Я надеюсь, ты узнала, что хотела, когда пошла сюда? — выпалила Ника, когда мы вошли в лифт.
— А кто такой Виктор? — невпопад спросила я, все еще думая о словах Барса.
— Этой мой муж. Мне кажется, вы знакомы. Правда, он тебя совсем другой описывал, так что, наверное, перепутал.
