Резко проснувшись и услышав знакомое зовущее "Люся", поняла, что снова одна в холодной квартире. Голова раскалывается так сильно, что даже желание оставить жилье за кого-то другим кажется логичным решением. Вот тогда до меня докатилось, и я осознала, что именно этот крик является сигналом моего нового состояния — единоличности в мире холодных одиночек....
"
"Руслан снова нервно взъерошил волосы на голове.
А ведь он все не так понял! Нужно было рассказать ему про обмен телами с Люсей, которая сбежала от проблем, про Барса. И я действительно собиралась это сделать, но мне помешал донесшийся снизу звонок в дверь.
Мы с Русланом переглянулись и, не сговариваясь, поспешили вниз. Меня не покидало дурное предчувствие, хотя, возможно, это было просто следствием общей тревожности.
Дети в гостиной заигрались так, что не среагировали на громкую трель.
— Посмотри, как там… — попытался отвадить меня хозяин дома, но я мотнула головой.
Предчувствие сменилось паникой. Я старалась размеренно дышать, концентрируясь на деталях, цвете паркета, трещине на стене, маленьких белых волосках, вставших дыбом на моей руке. От осознания, что у меня стоят дыбом волосы, закашлялась.
«Мне точно нужно успокоительное».
Руслан открыл дверь. За ней стоял смутно знакомый мужчина неопределенного возраста. Старше сорока, но вот насколько — сказать было сложно.
Каждый раз, когда он говорил, изо рта вырывалось облачко пара.
— Не рад тебя видеть, отец. Какими судьбами?
Стоило Руслану это произнести, я поняла, почему неизвестный за дверью казался знакомым. Они действительно были чем-то похожи с Русланом. И, осознав это, я шестым чувством поняла, что мое беспокойство было вызвано не неизвестностью, а именно этим человеком. Или не человеком. Кем бы он там ни был, я точно знала, что от него стоит держаться подальше.
— Смотрю, дела у тебя идут хорошо, — седовласый перевел на меня презрительный взгляд. — Самку в дом притащил.
Чуть прищурившись, он вдруг спросил:
— Угостишь чаем, хозяюшка?
— Рада бы, да к чаю ничего нет, — развела я руками.
— Странно. Вроде ж живете рядом с кладбищем? — захохотал он, вновь поворачиваясь к Руслану. — Помнишь, сынок, как ты туда за конфетами сбегал, когда я тебе есть не давал? А теперь посмотри на себя.
От двери ощутимо дуло, но мне было жарко от волнения.
— Я не нуждаюсь в твоем одобрении, — ответ был сухим и бесцветным.
— Да? А в чем еще моем ты не нуждаешься? — с нажимом спросил Раис. — В моей власти, которую ты присвоил? В моем доме, в котором ты живешь? Или в моем щенке, которого ты украл у меня из-под носа?
Я обхватила себя руками. Ваня? Он говорит о Ване?
— Власть я забрал в честном бою.
