Автор
В непредсказуемой реальности, где права каждого зависят от происхождения, девушка на заре беременности оказывается свидетельницей жестоких интриг. Проникаясь страхом за будущее ребенка, она вынуждена бежать и прячется в опасной игре мести и предательства под руководством злобного Галаева. Атмосфера книги наполнена ненавистью, смертельной угрозой и тайными ритуалами....
– Понятно, – прикрываю глаза и тру переносицу, – что хотела? Сразу к делу, я в не в настроении.
– В общем, строительная компания, которую вы выкупили, эм, – мнется аки девица, не знающая бизнес-схем брата, – тут люди приходят, все выспрашивают, что да как…
Хмурюсь, чувствуя тревогу. Давно такой эмоции не испытывал, и сейчас мне это не нравится. Одни проблемы с этой компанией. Как только выкупил, так сразу пошли проблемы по всем фронтам. Что ж, пусть спецы прошерстят и вытрясут всю информацию, что нароют.
– Так, – встаю возле окна, напрягая мозги и вспоминая, кто там есть из надежных и проверенных, – напряги Хасанова, он еще служит у твоего брата? – слышу положительный ответ, – я позвоню ему, но ты держи и сама на контроле. Пусть проверит все от и до, вытряхнут грязное белье.
– Поняла, – голос ее мигом становится серьезным, не зря Артур ее натаскивал вести бизнес.
Впрочем, это ведь и привлекло меня в ней. Самостоятельная, дерзкая, знает себе цену. Цветы дарил, украшения, еще когда Игнат за своей Юлькой бегал, а толку? Быстро понял, что нам не по пути.
– Лады, – бросает Лиза и отключается.
Кладу телефон в карман и смотрю в окно, как подъезжают машины, паркуясь у входа в дом. Фархат с семьей. Что ж, осталось совсем недолго.
– Сынок, – восклицает родительница, завидев меня у порога комнаты, – садись, мы как раз обсуждает дату бракосочетания.
Удивленно приподнимаю брови, не ожидая, что кто-то осмелится решать такие вопросы за меня. Но по хитрому выражению глаз мамы сразу секу, кто виновник этой темы. Вздыхаю, тяжело ступая по паркету.
– Саламалейкум, – протягиваю руки Фархату, привставшему ради такого дела со своего места.
– Уалейкум ассалам, Шамиль, – довольно улыбается и хлопает меня по плечам.
Грузно присаживаюсь на стул и откидываюсь на спинку, глядя на всех исподлобья. Замечаю, как молодая девчонка, что мне прочат в жены, опускает стыдливо глаза. Щеки и шея ее краснеют, отчего вид у нее становится краше яркого помидора. Хмыкаю, не думал, что могу вызывать такие чувства у таких малолеток.
