В холодном бандитском городке девочка становится жертвой собственного статуса - она беременна от организованной преступности. Страх за свою тайну обессилен только молчанием и умением выжить. Пролог демонстрирует жестокость мира, где каждое слово может стоить жизни.
Похоже, «Наследник для бандита» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Между тем мужчина ловко расставил тарелки на тумбе, которую подкатил к постели.
— Ты будешь есть со мной? — удивилась, поняв, что тарелок было две.
— Ты против? — тут же напрягся он.
— Мне все равно…
Олег помрачнел, но ничего не сказал. Ели молча. Я все больше думала о том, во что превратится теперь моя жизнь, а Волков… Он просто бросал на меня взгляды исподлобья.
Когда доела засмотрелась на его руки, которыми он убирал тарелки обратно на тележку. Некстати вспомнилось какими они могут быть на ощупь.
— Можешь винить меня сколько угодно, — вдруг произнес он.
— Я понимаю, — ответила спустя пару минут. — Но мне больно.
Он лишь кивнул и ушел.
Эту ночь я почти не спала. Все крутила в голове новые факты. Да и что таить — было страшно. Раньше я думала, что дом Волкова — крепость. Теперь же после его слов… Значит он подозревал кого-то из своих? Иначе зачем такая секретность?
Но одно я знала точно — ради безопасности брата я готова была сидеть взаперти сутками. Благо в моей комнате был небольшой балкон.
На следующий день позвонил Матвей. А я поняла, что не готова. Не хочу разговаривать с ним.
Я боялась теперь всего. Тем более, что отчим парня работал с Волковым и, видимо, охрана была из его фирмы.
Матвей звонил еще три раза, а после прислал сообщение с вопросом все ли у меня в порядке.
Но и на него я не ответила. Побоялась.
Утром и днем еду мне привозила горничная.
А вечером пришел Олег.
— Не против, если поем с тобой? — спросил он. — Замотался, не успел.
— Как хочешь.
Мы снова ели молча. И лишь цепкий взгляд мужчины говорил о том, что я под прицелом. Он не делал никаких попыток сблизиться или поговорить. Просто наблюдал. А я не знала как себя вести с ним. Да, он сделал мне больно. Но в то же время этим сохранил жизнь брату. Нужно было откинуть обиды — в этом мире, похоже, только ему было дело до меня и моей семьи.
Мы стали его слабым местом… И таким же местом станет ребенок, когда родиться…
Это пугало до чертиков.
— Как ты себя чувствуешь? — наконец, спросил он. — Может вызвать врача?
— Все в порядке, — ровно ответила, глядя в тарелку.
— Если что-то понадобится, ты всегда можешь мне позвонить.
— Я? — удивилась его словам.
