В холодном бандитском городке девочка становится жертвой собственного статуса - она беременна от организованной преступности. Страх за свою тайну обессилен только молчанием и умением выжить. Пролог демонстрирует жестокость мира, где каждое слово может стоить жизни.
Похоже, «Наследник для бандита» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Французов непонимающе нахмурился.
— Я жду от тебя информацию. С наркотой поступай как договаривались — деньги на расходы получишь налом у Ареса.
— Ты слышал, что высшие решили расширить территорию этому ублюдку? — спросил он, уже уходя.
— А ты уже в курсе, — даже не удивился его осведомленности. Франц умело пользовался тем, что был вхож во все круги — что криминальные, что бизнесменские.
— Знаешь что это значит?
- Что у нас мало времени, Гриша. И облажаться нельзя.
— Скажи это своему бешеному другу!
— Арес умен, и если слушать кого, то точно его.
— Его план — чистой воды безумие! И я сразу говорю, что если хоть один намек — я отойду в сторону.
— Так просто?
— Для меня это непросто. Но тебе я врать не стану. Цена слишком высока.
— Я тебя услышал.
Оставшись один, выдохнул устало. Все только усложнялось. Я понимал Григория. Сам был в той же ситуации — если эта девчонка запала ему в душу, то он выберет ее. Ее и этого пацана в подгузниках. А шанс, что Ростов и его компашка слетит с катушек, был очень велик.
И нужно было собраться, чтобы сделать все как надо.
Но как же кровоточило в груди от того, что та, что поселилась в сердце, теперь вряд ли подпустит к себе…
- 50 -
Я заперлась в комнате до самого вечера. Нисколько не удивилась, что мне принесла еду горничная. Через силу заставила себя поесть — просто потому что так надо для ребенка.
Сама же я… Я пыталась принять новую правду. Оказывается, быть чьей-то копией — больно и унизительно. Из-за внешности я попала в этот переплет, а ведь могла… могла жить спокойно СВОЕЙ жизнью.
Сидела и смотрела в окно, ожидая, что придет хоть какое-то понимание. Но ничего не менялось. Мне по-прежнему было больно. И ведь почему? Вроде бы я не должна была испытывать к Волкову каких-то сильных чувств. Да, мы пытались строить отношения, узнавать друг друга.
Но тогда почему мне было так горько? Настолько, что слезы сдерживать становилось все труднее?
У него была жена и сын.
Жена, которую он любил, и сын.
Эта мысль так сильно задевала, что хотелось выцарапать ее из себя. И, потеряв их, он что? Решил за мой счет наверстать упущенное?
Попыталась представить мальчугана с глазами Олега, как он бегает, зовет отца. И едкое, нехорошее чувство поселилось в груди.
