Автор
Темнота разума проплывает через мутное зеркало бытия, когда Татьяна встречается взглядом с холодным потоком ядовито-зеленых глаз. Затуманенный мир кружится вокруг нее, как только она понимает: здесь есть ребенок, которого ей придется принять — даже если это значит стать наследницей миллиардера. Голова склоняется под удушающей тяжестью обещаний и угроз....
Похоже, «Наследник для миллиардера» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Так, что по ней ползут трещины, а на костяшках тут же проступает кровь.
Сволочи!
Ладно, я. Я попался! А если бы другой? Что он мог бы с ней сделать? Извращенцев множество! Порвать, изувечить! Да мало ли! А если б к себе захотел забрать? На цепь посадить и измываться? Тоже бы? Вот так? Опоили бы и запаковали? Ублюдки!
А Степанов? Это для меня он сопляк! А для нее? Для хрупкой малышки это офигеть, какая глыба мышц! Что она против него могла бы сделать!
Орать хочется!
Сорвался бы прямо туда сейчас.
Только без наркоты всякой! По живому!
Есть у меня и не такие связи! И адреса аукционов закрытых тоже имеются! Где рабынь в личное пользование покупают! Да так, что после изувеченными или вообще вперед ногами выносят!
Пусть попробуют, что это такое!"
"Ничего, что директриса уже давно не первой свежести! И на таких спрос есть! И даже еще постарше! И плевать мне, кто ее имеет за ту должность, которую она занимает! Ни черта это даром не пройдет! Не должно такое пройти!
Так, Солодов.
Заставляю себя глубоко вдохнуть и выдохнуть.
Сейчас я здесь нужен больше.
Рядом с ней.
А в гости…
В гости я всегда успею наведаться!
Глава 22
– Таня.
Откидываю одеяло, под которым она спряталась. Завернулась, как в кокон.
Вздрагивает. Дергается. Отползти и еще больше закрыться пытается.
– Таааань. Ну ты чего? Я тебя хоть раз? Сознательно? Обидел? Ты что? До сих пор меня боишься?
Укладываюсь рядом.
– Ты мне веришь?
Поднимает на меня огромные зареванные глаза.
– Верю.
Зарываюсь пальцами в волосы. Массирую кожу головы.
– Правда?
– Верю, малыш.
Улыбаюсь. Тяну на себя.
Ласково целую в размякшие сочные губки.
– Выходит? Сейчас был твой первый раз по-настоящему?
– Выходит, так, – шумно выдыхает.
– Значит, нужно повторить. Чтобы поярче запомнилось!
– Ай!
Вскрикивает, когда опрокидываю ее на спину. Нависаю сверху, раскачиваясь на руках.
– Да. Кричи, слааадкая! Сейчас я заставлю тебя кричать по-настоящему!
И кое-кто тоже скоро покричит для меня. Но совсем по другому поводу. Уж точно не от удовольствия!
– Иди сюда.
Не даю малышке больше закрыться.
Прикипаю к ее губкам.
Сладко. Медленно. Тягуче.
Еле сдерживаюсь, хотя всего по позвоночнику прошибает такой мощный разряд тока, что снова начинаю рычать.
С ней трудно медленно.
С моей маленькой.
