Автор
В глубине баскетбольного зала увиделось нечто странное — обнажённая женщина среди мужчин в бизнес-костюмах, которых она нетерпеливо раздевает. Это "Наследник для миллионера" рассказывал о жестокой реальности независимых женщин, которые не стесняются брать то, что хотят, где хотят. Тонкая практичность одежды лишь подчёркивала бескомпромиссность ситуации, создавая напряженную и интригующую атмосферу....
Он, не стесняясь, по-хозяйски проводит двумя пальцами по складочкам, надавливает на них, а потом жадно и быстро растирает это чувствительное местечко, заставляя меня тихонько охнуть, выгнуться дугой, бесстыже раздвинуть ноги шире.
Черт!
Мне хорошо.
Каждое его прикосновение, каждое действие и игра с моим телом — наркотический разряд.
— Ты очень мокрая…
Я шокирована от того, что слышу, но не могу сопротивляться. Моё сердце стучит бешено, где-то в ушах. Соски стали как иголочки. Заныли, запульсировали. Встали торчком, вонзившись в чашечку лифчика.
Он на короткий миг отстраняется, чтобы снять с меня последнюю лишнюю вещь — лифчик, обнажив небольшую, упругую грудь. Затем подхватывает со столика бутылку, приказывая:
— Выпей еще.
Мирон подносит к моим губам горлышко бутылки, но я сжимаю губы, качая головой. Хватит… Слишком много для меня. Я ведь человек непьющий.
Недовольно цокнув языком, он сам делает глоток прямо с горла, затем обхватывает меня за затылок, сжимая горсть волос, и еще раз смачно целует.
Не успела ничего понять, Мирон раздвинул мои губы языком и влил вино в мой рот из своего рта.
Я потеряла голову. Окончательно. Когда Мирон сбросил с себя рубашку, спустил вниз штаны вместе с трусами и я увидела его гигантский, эрегированный член. Он устрашающее качнулся, заблестев от обилия смазки.
Мирон перекинул ногу через меня и возвысился надо мной как истинный доминант, завсегдатай победитель. Член миллионера еще раз устрашающее качнулся в нескольких сантиметрах от моего лица, выделив большую, вязкую каплю смазки, а потом… быстро и властно прижался к моим губам.
— Пососи его, немного.
— Но я…
Потерся о мои губы набухшей головкой, дразня, оставляя липкий, солоноватый на вкус след на губах, подбородке, немного на скулах.
— Если не понравится, я тут же выйду из твоего ротика.
Неожиданно Мирон накрыл мою грудь обеими руками и сжал оба полушария очень сильно. Умелые, властные пальцы поймали соски и надавили на них, растирая.
Я не смогла сдержать стон.
Громкий и хриплый, он вырвался наружу.
Мой рот распахнулся, и мужчина воспользовался случаем.
