— Снова извращенский бред? Я не хочу ничего слышать! Отпустите меня к Славе и оставьте в покое!
Зачем она продолжает произносить его имя? Это как плевок в мою сторону. Для зверя — самое настоящее предательство.
— Ты к нему больше не попадешь. А будешь и дальше твердить о нем, я выпотрошу его, и заставлю тебя на это смотреть.
— Вы — больной… — Марина смотрела на меня с ужасом и отвращением.
Господи, помоги мне. Что с ней делать? Как получить ее и не превратить в своего врага? Я не смогу жить, как отец с матерью.
— Ты можешь не верить мне, но твой драгоценный Слава собирался влить в тебя порцию своей спермы.
Она смотрела на меня с таким выражением, будто видит перед собой что-то до отвращения мерзкое.
— И как же вы узнали? Можно было что-то правдоподобнее придумать.
— У меня… обостренное обоняние.
— Да неужели? — Она вздернула брови, и в этом движении было все, что я должен был увидеть: она и не думала верить мне. — Обостренное обоняние? Настолько, что смогли почувствовать в вине запах..? — Она покраснела.
Так невинно и красиво. Вся моя злость моментально начала улетучиваться. Человеку действительно сложно поверить в такое. Я бы мог показать ей, кем являюсь. Вот только вряд ли она воспримет это нормально. Я не хотел ее пугать. Я хотел… нравиться ей. Хотел чувствовать ее потребность в себе. Но не ужас и отвращение.
— Да, настолько. — Я старался не подходить к ней ближе, а иначе понимал, что не сдержусь.
Вместо этого достал телефон. Взгляд Марины снова стал напуганным.
— Что вы делаете?
Я пожал плечами. Как объяснить ей, что хочу, чтобы сама пришла ко мне? А до тех пор буду сам снимать напряжение, глядя на ее снимки и видео? Она и так считает меня чокнутым извращенцем. И это адски злит. Настолько сильно, что все мои попытки сдерживаться, летят к чертям.
Я начал фотографировать ее, и вправду ощущая себя извращенцем. Но мне доставляло почти физическое наслаждение видеть, как она пытается хоть немного прикрыться, слышать, как позвякивают цепи, и как она шумно тревожно дышит.
— А на что это похоже?
— Зачем вам все это?
Я все-таки приблизился к ней. Вплотную. Вдохнул ее невероятный запах, от которого все внутри закипело и превратилось в расплавленный металл.
— Я тебя хочу, Марина. Увидел на утреннике и понял, что ты должна быть моей. Но не хочу делать это насильно, ведь ты почему-то сопротивляешься мне. А нам может быть очень хорошо вместе. — Я отодвинул борт своего пиджака и завел руки ей за спину, расстегивая крючки бюстгальтера. Черт, сколько же их там? — Просто поверь мне. Я не собираюсь тебя обижать. Я могу дать тебе все. Что ты хочешь? Любое твое желание.
Она тихо хныкнула, вжимаясь в панель, лишь бы быть подальше от меня:
— Отпустите меня.