Но если берсеркеры знают обо мне, значит… может, я в чем-то провинилась? — Глаза Лили лихорадочно заблестели. — Понимаешь, мне кажется, бабушка от кого-то скрывалась. И это было как-то связано со мной.
Все это выглядело очень странно. Ведьмы, пугающие берсеркеры, привороты и теперь еще это.
— Для начала давай успокоимся. — Марина постаралась взять себя в руки и говорить спокойно. — Дагмар может причинить тебе вред?
— Да кто угодно может! Я такой же человек, как и ты.
— Ты же говоришь, что ты ведьма.
Лиля закатила глаза и вздохнула так, словно пыталась втолковать прописные истины неразумному ребенку:
— Это не значит, что я смогу противостоять маньяку, который решит меня убить. А тем более, берсеркеру. Они сильнее, чем обычные люди. Намного сильнее.
— Хорошо, ладно. Но есть же какой-то способ защитить себя? Проведи обряд, свари зелье…
— Точно! Как же я не догадалась. Ты — гений.
Марина спрятала лицо в ладонях. Она ляпнула это, лишь бы как-то успокоить Лилю, и совсем не предполагала, что горе-ведьма воспримет ее совет всерьез.
— Я сделаю амулеты. Но у меня нет материалов. Нужно будет съездить кое-куда… А ты постараешься вызнать у Дагмара, что он обо мне знает.
Марина даже открыла рот от удивления.
— А больше я ничего не должна сделать?"
"Не заметив иронии, Лиля задумчиво пробормотала:
— Поедешь со мной на выходных в Шельзбург?
ГЛАВА 11. «КАРАМЕЛЬ»
Два дня спокойствия и какой-то странной апатии. Марина не понимала, что с ней происходит. Она чувствовала себя блуждающей в том самом тумане. Все ждала, когда объявится Дагмар, готовилась сопротивляться и воевать, но… он не приходил. Исчез. Пропал, как будто и не было. В детдоме суетились присланные им рабочие. То и дело привозили мебель, компьютеры, оборудование для медпункта. Но он сам не появлялся. И Марину это сводило с ума.
Лена и Яна о чем-то посмеивались, глядя на нее, директриса сурово поджимала губы и бросала на нее осуждающие взгляды.
Да что происходит?!
А может он и вправду, попользовался ею и забыл? Получил, что хотел, продемонстрировал друзьям видео и переключился на другую цель? Наверняка, ему нравятся совсем другие женщины. Красивые, ухоженные, уверенные в себе. Самодостаточные и раскованные. А не затравленные воспитательницы с комплексом маленькой девочки и желанием поскорее стать взрослой.
Чувствовать себя использованной было больно. Она и вправду ощущала себя игрушкой. С которой наигрались и выкинули. Но разве не этого она хотела? Чтобы он оставил ее в покое! Чтобы отпустил. Ну вот — мечта сбылась. Она свободна. Никто не преследует, не хватает, как вещь и не заставляет раздеться. Все, как она и просила.