Автор
Варя ощущает мгновенную тревогу, когда вокруг нее начинает собираться опасный стalker с охранниками клуба. Она отступает на высоких каблуках, падая на корточки, пока мужчины удерживают ее за запястья и подталкивают назад.
А Айрат отходит, становится ко мне спиной, а я наблюдаю, рассматриваю его толстую спину, жирноватую слегка, но в этом мужчине угадывается сила. Страшная. Темная.
Одетый с иголочки, как из журнала, а я теперь понимаю, что подобную одежду и костюмы носят лишь такие, как он, умеющие подавлять, принуждать, ломать.
Оборачивается резко на каблуках и противный скрежет доносится до моего слуха, заставляет поморщиться, но я распрямляю плечи и пытаюсь стоять ровно.
— Учти, Варвара-Краса, длинная коса, если у Валида из-за тебя появятся вопросы ко мне… — пауза долгая, мучительная, дающая прочувствовать каждый тон, каждую палитру настроя Айрата, который наблюдает за мной своими острыми глазами, наконец, улыбается, оголяет зубы, а я в этом оскал вижу, — я ему отвечу, конечно же, но потом… потом, Варенька, я спрошу с тебя!
Он не повышает больше голоса, не кричит, а наоборот, бросает это “с тебя” словно между прочим.
— Итак, дорогуша, готова ли ты исполнить нашу сделку или же мне аннулировать соглашение?
Кошусь на подобравшихся охранников, которые как верные псы ждут отмашки своего босса, и заламываю руки.
— Я… я сделаю… буду покладистой и не буду говорить лишнего… я… я постараюсь…"
"Голос срывается, не знаю, что я там “постараюсь”, но помощи у Валида просить себе дороже — факт. Во-первых, ему может быть параллельно на судьбу девушки, которую ему для развлечений подарили, для определенных целей, не для разговоров точно, а во-вторых, даже если спровоцирую разборки, эти двое могу договориться.
— Вот и хорошо, — опять улыбается, как маньяк, неспешно подходит ко мне и протягивает указательный палец, поднимает мой подбородок, на инстинктах дергаюсь и касание превращается в хватку, мужчина же прищуривается.
— Шарахаться не стоит. Расслабься. Не понравишься Валиду — опять спрошу.
Прикрываю глаза и выдыхаю ртом, пытаюсь успокоиться и выдаю тихо:
— Да.
— Ну воЭт и умница, — неожиданно у мужчины прорезывается акцент сильнее, — вот смотрю и жалко Барсу тебя отдавать, но… я своих решений не меняю. Одна ночь — и лети, птичка, и больше в моем клубе чтобы тебя не видел — увижу, посчитаю, что сама ко мне пришла!
Начинаю мотать отрицательно головой, на что Айрат лишь кривит губы, обрамленные седеющей бородкой.
