Автор
Варя ощущает мгновенную тревогу, когда вокруг нее начинает собираться опасный стalker с охранниками клуба. Она отступает на высоких каблуках, падая на корточки, пока мужчины удерживают ее за запястья и подталкивают назад.
Одним плавным движением пресекает малейшее мое сопротивление, уверенно раздвигает ноги и ложится сверху, не спешит ворваться в мое неподготовленное тело, опять накрывает мой рот, целует и как только добивается отклика, врывается в меня, выбивая всхлип.
Боль в этот раз не чувствуется, мужчина умело играет с моим телом, заставляет отдаваться процессу и вскоре понимаю, что задерживаю дыхание, кусаю губы и непроизвольно царапаюсь.
Пресекает последнее, ловит мои руки и опять прибивает к постели.
Неумолимые движения длятся, мое тело вертят во всех возможных ракурсах, безжалостно добиваясь отдачи, и в какой-то момент меня опять накрывает судорогой эйфории, просто выбивает из реальности, кажется, я теряю сознание и прихожу в себя, когда выкручивающая сухожилия волна проносится по мышцам.
Валид просто неумолим. Но в этом всем я чувствую его какую-то жесткую установку на то, чтобы высекать искры из меня, чтобы я срывала голос в очередном конвульсивном всплеске, понимая в какой-то момент, что все мое тело инструмент в умелых руках.
Опять пульсация внутри меня и Валид падает на спину, увлекает меня за собой, и я оказываюсь лежащей на покатой широкой груди, слышу, как успокаивается его сердце, ударяясь о мощные ребра.
Неосознанно вдыхаю его запах, провожу пальчиками по мокрой груди и понимаю, что этот запах действует на меня будоражаще.
Нет отторжения, наоборот, хочется вдохнуть поглубже, пропустить в легкие. В ответ на этот порыв глубоко внутри меня что-то сокращается.
Мужчина реагирует сразу же, длинные пальцы зарываются в мои мокрые прядки на затылке и Байсаров слегка оттягивает мою голову, чтобы заглянуть мне в лицо. Улыбается довольно.
— Смотрю, кошечка вошла во вкус… — выдает, слегка улыбнувшись, и я чувствую, что его тело внутри меня опять каменеет.
— Не надо, — выдыхаю едва слышно, — я больше не выдержу…
Прищуривается. Темные глаза становятся опасными и холодными, улыбка исчезает.
— Я не терплю слова “нет”, — выдает совершенно спокойно, не дает мне послаблений, усаживает на себя, заставляет оседлать, приподнимает бровь и слегка кивает, дает отмашку к действиям, я же опускаю в шоке взгляд на широкую грудную клетку и упираю ладошки в живой камень.
