Автор
Соня смотрит на отца в шоке и растерянности: он внезапно поднимается со стула, явно обеспокоенный какими-то новостями. Ночное гостевое посещение становится предчувствием чего-то серьезного. Подъем Сони в свою спальню символизирует отдаленность от дома и мирных обиталищ....
Две минуты.
Завязываю платье под грудью и распускаю волосы. Так жаль, что здесь нет моей любимой плойки. Почему-то так хочется быть красивой, раз уж мы впервые идем куда-то ужинать.
Одергиваю себя, потому что для Яна это ничего не значит. Просто стало скучно, захотел развеяться. А моё сердце заходится в припадке, в груди всё теплеет.
— Идем, — выхожу после того, как нанесла блеск на губы. Дура, что взять. — Только, думаю, у меня подходящей обуви нет…
— Ты потрясающе выглядишь, золотко. Но не замерзнешь? — его взгляд скользит по моим ногам, поднимаясь к груди.
— Нет, всё нормально. Спасибо.
— Отлично. Возьми свои записи, поговорим ещё.
Чудесное настроение тут же портится. Не хочу говорить об Испании. Теперь прекрасная поездка кажется ужасной. Но вручаю мужчине блокнот, не желая спорить.
Всё равно с этим нужно разобраться, обязательно. И поставить точку. Мне дико хочется, чтобы Ян мне поверил. Знал, что я ни при чем и никогда бы никому не навредила.
А ещё…
Где-то в глубине души жжет мечтой.
Мужчина не обманул, ресторан действительно близко. Стоит выйти из дома и пересечь дорожку к другому зданию, как мы тут же оказываемся в нужном месте.
Сегодня на улице намного больше людей. Может потому, что пятница. И все выбираются на семейные прогулки. Или время более подходящее, чем было в прошлый раз.
А я стараюсь держаться ближе к Яну. Неискоренимый страх и надежда найти защиту. Пусть даже у Волкова, не так страшно. И мужчина словно чувствует моё состояние.
Из-за этого приходится прижиматься к нему вплотную. Кожа покрывается мурашками, покалывает приятным теплом. Меньше пяти минут, но мне и этого достаточно, чтобы внутри что-то скрутило.
Ян помогает снять мне пальто, а официант проводит дальше к столикам. Мне нравится, как тут всё обустроено. Отдаленные места и мягкие диванчики. Приглушенный свет и полное ощущение, что никого больше нет.
— Здесь мило, — осматриваюсь, двигаясь ближе к окну.
— Как когда. Без обид, но одну я тебя выпускать не буду.
— А охрана?
— Кстати, об охране. Её я тоже поменяю.
— Почему?
— А нечего её подкупать, — Ян фыркает, наливая в стакан воду из графина. — Мне не нравится, что мне они не сообщают о твоих выкрутасах. Два дня подряд, Соня, это не норма. Наберу новых, никакого общения.
— Ты серьезно?! Я и так ни с кем не общаюсь, отрезана от всего мира.
