Автор
Молодая женщина попадает в ловушку жестокого криминального авторитета, который готов остановиться на всём ради обладания ею. Между страхом и неожиданной привязанностью разворачивается опасная игра, где ставкой являются жизнь и свобода. Сможет ли она сохранить себя рядом с человеком, который...
Только что я сделала-то? Я не виновата, что все эти мужчины хотели смотреть на меня… Не я сама себя выбрала на эту роль. Сердце гулко стучало в груди, а пальцы заледенели от страха, несмотря на то, что их сжимала горячая рука Горского. Очень напряжённо сжала, кольцо опять больно врезалось в кожу, словно напоминая мне, что я принадлежу только ему, и даже если кто-то смотрит на меня, то женой я стану только Гору.
Мы прошли несколько длинных коридоров и оказались в огромном банкетном зале. Я чуть не закатила глаза от облегчения. Он не собирался меня наказывать, просто закончился аукцион, пришла пора идти на банкет, и он тут же предъявил перед всеми свои права на меня. Чувствую себя машиной или домом. У Горского словно документы о покупке на меня имеются, ведет себя как Хозяин.
Мы прошли к нашим местам, которые называл на входе администратор. Остальные гости тоже потянулись в банкетный зал, и постепенно он наполнялся людьми, разговорами и смехом. Гор отодвинул стул, чтобы я, удерживая подол длинного платья, могла сесть, а потом сел сам. Молча налил в наши бокалы вина, которое уже выставили для аперитива, пока несут блюда.
Я приняла бокал из его рук и встретилась с его тёмным взглядом. Захотелось сжаться в комок, а лучше вообще убежать и спрятаться. Взгляд мрачный и тяжелый, уже одним им он способен наказывать. Он очень зол. Судя по его глазам и чертям, которые сейчас так активно плясали, дома меня всё же ждёт расправа. Банкет, с которого некрасиво уйти — всего лишь возможность отсрочить неизбежное. Отвела взгляд и уткнулась в свой бокал. Настроение испортилось совсем. Вздрогнула, когда моё колено под столом сжала крепкая рука.
— Понравилось тебе, как мужики толпой по тебе слюни пускали и только что не дрочили? — спросил он тихо, но зло.
Обидно прозвучало. Я-то здесь при чем?
— Нет, — ответила я, глядя ему в глаза. — Я не люблю повышенное внимание, но отказать было неудобно.
— Каждый из них готов был тебя трахнуть, — сжал он еще сильнее моё колено. — Но…
Я опять отвела взгляд, не выдержала. Ревность, кажется, его порвет на кусочки. Это он свои мысли на этот счёт озвучил, ревнивец бешеный. И как я за ним буду замужем, если он меня даже к дверям и деревьям ревновать вот так будет? Прекрасно поняла, что он хотел сказать, но не закончил — что кто бы меня ни хотел, спит со мной ОН.
— Больно, — прошептала я.
— Правда? — изогнул он бровь, словно издевался, и проник в разрез платья, коснувшись обнаженной кожи горячими пальцами. — Сейчас исправлюсь.
