Автор
В атмосфере неприкрытой власти остроумия мужчина приглашает к участию молодую женщину, отводя ей роль слуги. Он медленно раздевается перед ней, нагота его сопровождается жаром и темнотой его взгляда, заставляя ее сердце колотиться в груди.
Тем же вечером приехал Самир. Я резко села на кровати, едва увидев его на пороге одиночной и явно платной палаты."
"Он один, без Заремы. Странно, почему же он её не привез? Наверняка она тоже беспокоится обо мне. Или она ничего не знает, и Самир хочет поговорить со мной с глазу на глаз? Что ж, так даже лучше, потому что у меня тоже к нему есть вопросы, не предназначенные для посторонних ушей.
— Привет, — сказал Самир.
Удерживая у шеи накинутый одноразовый медицинский халат одной рукой, другой он взял стул и поставил его рядом с моей кроватью.
— Здравствуй, — ответила я, пытаясь побороть волнение. Очень непривычно видеть его так близко. И знать, что он причастен к нападению на Горского. Но прежде чем кидаться обвинениями, мне нужно понять, что с Андреем, и зачем это всё Самиру.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил мой бывший жених и сел рядом. На почтительном расстоянии, но всё равно слишком близком для мужа сестры.
— Нормально, — ответила я. — А почему Зарема с тобой не приехала?
— Она беременна, — ответил он.
— Понятно, — улыбнулась я слабо. — Поздравляю вас. Это прекрасная новость.
— Спасибо, — ответил Самир и остановил взгляд на моём лице.
— Что с Андреем? — не стала я тянуть с главными вопросами.
— Он мёртв, — спокойно отозвался Самир.
— Мёртв? — прошептала я сухими губами.
— Ну да. Там и умер, на диване. Ты же видела, — говорил он, продолжая всматриваться в моё лицо.
В области груди снова стало больно.
— Не может быть…
— Ещё скажи, что ты жалеешь о нём, Ясмин, — сказал с укором Самир.
Превозмогая боль, посмотрела в его голубые глаза. Он не забыл? Не забыл меня? Он что — питал ко мне какие-то чувства? А как же Зарема?
— Всё это уже неважно, — покачала я головой, чувствуя, как по щекам снова побежали слёзы. Да, жалею о нём, чёрт возьми! Жалею. — Как бы там ни было, но он стал моим мужем.
— Ну да, — поджал он губы. — Назад не переиграешь.
— И куда я пойду после клиники? Что теперь с домом Андрея?
— Он опечатан, как и все имущество Горского, — ответил Самир. — Ты поедешь к нам с Заремой.
— Почему не к отцу?
— Отец тебя не готов пока простить.
— Он меня? Не готов? — усмехнулась горько я. — Да это я его не готова простить. Продал меня, как барана на рынке… Я не хочу жить в твоём доме, Самир.
