Автор
В атмосфере неприкрытой власти остроумия мужчина приглашает к участию молодую женщину, отводя ей роль слуги. Он медленно раздевается перед ней, нагота его сопровождается жаром и темнотой его взгляда, заставляя ее сердце колотиться в груди.
Мне и самой было больно это слушать. Я тоже почувствовала в горле ком от подступающих слез.
— Значит, ты сама знаешь часть правды.
— Да, просто хотела верить ему, — ответила грустно Зарема. — И еще я думала, что ты согласилась. Застала тебя там, с ним на диване…
Я стала вспоминать, почему Зарема не услышала про ребёнка. Самир говорил мне это уже почти на ухо, поэтому она и уловила лишь часть правды, и у нее сложилась в голове своя картинка ситуации. И неудивительно, каждая жена верит своему мужу, особенно, если любит.
— Что мне делать, сестра? — спросила я больше пустоту. Навряд ли у маленькой Заремы найдётся ответ на этот вопрос. — Я так не хочу потерять малыша. От одной мысли мне плохо. Но я не стану с ним… Ради тебя, ради себя, ради Андрея, наконец. Я не предам. Значит, пусть смерть. Небо поймет и простит.
— Нет, я этого не допущу! Я не прощу Самира за всё это. Теперь настала моя очередь пожертвовать ради тебя.
— А что же мы будем делать?
— Мы сбежим, — твёрдо сказала она и сжала мои ладони сильнее.
Глава 61
Весь оставшийся вечер мы разрабатывали план. Но при любом раскладе слабым звеном становилась я, потому что мне совсем запретили выезжать. И как заставить охрану пропустить меня, мы пока так и не смогли придумать. Но мне придало сил то, что сестра поняла меня, поверила и приняла горькую правду. Представляю, насколько ей сейчас больно и тяжело, но она старается быть сильной и помочь мне. Мы лежали вдвоем на огромной кровати, решив, что спать сегодня будем вместе.
— До завтра придётся придумать, как быть, иначе…
— Добрый вечер, — оборвал Зарему низкий голос Самира.
Мы обе застыли на месте и смотрели друг на друга.
— Ты вернулся, милый, — Зарема сориентировалась быстрее меня и соскочила с кровати, кинувшись ему на шею.
Я тоже осторожно села на постели, прикрывшись одеялом — время позднее, и я была одета на ночь в тонкую сорочку, которую не следует видеть постороннему мужчине.
— Да, удалось закончить дела пораньше. Соскучилась?
Он спросил это у меня. Опустила глаза. Ну вот он меня и загнал в угол.
— Очень! Я так рада, что ты вернулся!
Зарема прыгала возле него словно собачка на задних лапках. Я даже засомневалась, что она играет — так правдоподобно выглядела ее радость.
