Автор
В атмосфере неприкрытой власти остроумия мужчина приглашает к участию молодую женщину, отводя ей роль слуги. Он медленно раздевается перед ней, нагота его сопровождается жаром и темнотой его взгляда, заставляя ее сердце колотиться в груди.
Надеюсь, и тебе тоже станет стыдно, и ты, как я, будешь искать способ вымолить ее прощение.
— Подожди насчёт прощения, — попытался я вернуть ее из философских мыслей к теме диалога. — Рассказывай про видео.
— В кабинете мужа есть камера, которая пишет не только видео, но и звук, — рассказывала Зарема, а сама смотрела на свои нервно сцепленные между собой пальцы рук. Ей больно об этом говорить. А мне больно слушать. Мы сейчас с ней в одинаковом положении, и, как ни странно, понимаем друг друга как никто. — Сначала я верила Самиру.
""Нет"", — чуть не ляпнул я, но прикусил язык. Задумчиво подпер рукой подбородок. Ясмин плакала? Обо мне? Не может быть…
— Что? Не ожидал, что твоя смерть обернулась для твоей жены горем? Она давно твоя жена по-настоящему.
Не ожидал. Мне казалось, она меня ненавидела всё это время и оторвалась вместе с Самиром, когда представилась такая возможность. Представить же Ясмин, которая убивается по мне и держит траур, у меня не получалось…
— Что было на видео? — спросил я.
— Я вспомнила про камеры и решила убедиться лично в ее словах. И нашла это видео, — Зарема побледнела еще больше. Мне казалось, я и сам сейчас просто лопну от звенящего напряжения внутри. — На нём Самир шантажировал Ясмин твоим ребёнком.
— А у тебя есть это видео?"
"— Нет, но на камерах в доме Самира оно наверняка осталось. Посмотри — и сам поймешь, о чем я говорю. И, кстати, посмотри, что случилось перед тем, как ты пришёл.
Зарема поднялась на ноги, провожаемая моим озадаченным взглядом. Я думал, что меня никто уже не разубедит в невиновности жены, но сегодня Зарема пробила трещину в моей уверенности.
