Автор
В атмосфере неприкрытой власти остроумия мужчина приглашает к участию молодую женщину, отводя ей роль слуги. Он медленно раздевается перед ней, нагота его сопровождается жаром и темнотой его взгляда, заставляя ее сердце колотиться в груди.
Сжал руку своей благоверной, нашел кольцо, которое всегда меня почему-то успокаивает — моя! — и взглянул на Ясмин. Всё такая же красивая, хрупкая. Роды ничуть не испортили мою маленькую принцессу, даже наоборот — сделали её ещё более женственной. Наш сын, Михаил, родился, как и положено — через девять месяцев после наступления беременности. Пацан здоровый, растет не по дням, а по часам, а еще у него ее глаза — изумрудные.
Я держу свое обещание, данное ей три года назад — больше ни к чему не принуждаю свою жену.
Но я не жалею.
— Что такое? — шепотом спросила меня моя проницательная, умная жена. Она меня чувствует всегда. Моя половина. Половина моей души. Половина моего сердца. Да что там — половина меня.
— Так… Вспомнил кое-что, — сказал я почти правду. Врать ей не стану, но и портить настроение в такой чудесный день глупыми воспоминаниями тоже не хочу. — Неважно.
Нас прервала открывшаяся дверь. К нам вышла бледная, но счастливая Зарема, которая несла на руках голубой детский конвертик. Макс подошел к ней первым. Это не первый малыш, которого он забирает из родильного дома вместе с Заремой, но первый их общий ребенок, а потому это, конечно, волнительно. Сына от первого брака Макс усыновил и воспитывали как родного. Сейчас он держал на руках тёплый комочек, своего сына, как и я когда-то, и почти плакал от счастья.
