Автор
В атмосфере неприкрытой власти остроумия мужчина приглашает к участию молодую женщину, отводя ей роль слуги. Он медленно раздевается перед ней, нагота его сопровождается жаром и темнотой его взгляда, заставляя ее сердце колотиться в груди.
Он захлопнул дверь перед самым носом парней. Он изменил свое решение?
Обернулся на меня и прошёлся взглядом по платью, которое сам же и разорвал в куски, и я безнадёжно пыталась им прикрыться. Ушёл куда-то на время через дверь, ведущую, вероятно, в его спальню прямо из кабинета. Я молча ждала, так и не решившись и шага отступить от стола. Дрожа, обнимала свои плечи руками, закрывая грудь.
Гор вернулся и принёс с собой белую рубашку. Опять свою. Он дошёл до меня и остановился. Молча протянул её мне.
— Переодевайся.
Забрала принесенную мне вещь и застыла на месте, ожидая, что он отвернется хотя бы.
— При мне.
Выбора не оставалось. Отложила в сторону рубашку. Неловко стала стягивать с себя остатки платья. А он смотрел. Ловил каждое моё скованное движение. Он наслаждался моим робким и вынужденным стриптизом, в то время как я горела от стыда.
Освободилась от лоскутов ткани и положила их на край стола. Потянулась за рубашкой и развернула её.
— Шикарное тело, — сказал он низким голосом.
Его комплименты скорее меня злили, чем радовали, но я в очередной раз смолчала. Облачилась в рубашку и застегнул в пуговицы, одну за другой.
— Только строптивая оказалась. Надеюсь, подвал тебе напомнит, с кем ты общаешься, — продолжил он, и я нервно сглотнула.
Снова в уголках глаз собрались слезы. Я не хочу в подвал. Я же живой человек, ну как так можно поступать со мной? А если там есть…ох, крысы?
Гор вернулся к двери и второй раз её распахнул:
— Ведите.
Меня привели в подобие недостроенной комнатки, которая находилась на минус первом этаже коттеджа. Подземная парковка прямо внутри него, меня провели через неё и грубо пихнули внутрь комнаты, или даже, скорее, камеры, так, что я не удержалась на ногах и шмякнулась на задницу прямо на холодный бетонный пол.
Дверь с лязгом закрылась. Я проводила её хмурым взглядом и поднялась с пола. Здесь довольно холодно. Босые ноги тут же остыли и стали отдавать тепло бетону. Так и простыть недолго, или подхватить воспаление.
В углу, у стены стояла лавка. Без матраса. Но зато она деревянная, и не будет тянуть из меня жизнь и тепло. Мне придётся постоянно сидеть или лежать на лавке, чтобы не получить проблем со здоровьем. Впрочем, если он решил держать меня здесь слишком долго, то проблемы в любом случае начнутся."
"Забралась на неё и попыталась улечься поудобнее. Но как ни ляг — жёстко, холодно, противно. Как камера в колонии какая-то.
