Автор
В атмосфере неприкрытой власти остроумия мужчина приглашает к участию молодую женщину, отводя ей роль слуги. Он медленно раздевается перед ней, нагота его сопровождается жаром и темнотой его взгляда, заставляя ее сердце колотиться в груди.
— Тебе Ясмин захотела пожелания к новому году передать. Я не смог ей отказать.
— Ясмин, милая, ты там? — встрепенулся отец.
— Да, я здесь, папа, — отозвалась я, стараясь не рыдать. Отчего-то мне казалось, что Гор не обманывает…
— Как ты, доченька?
— Оставь это, папа, — устало попросила я. Сейчас не до подобных вопросов. — Это правда, что ты организовал нападение на семью Андрея Горского?
Воцарилась тишина. Лишь треск в трубке давал понять, что связь не оборвалась, просто отец молчал.
— Пап, ты это сделал или нет? — требовала я ответа здесь и сейчас.
"— Я… Он тебе это рассказал? Не верь, Ясмин. Ни единому слову не верь!
Папа продолжал оправдываться, но Гор знал, что говорил — по одной лишь реакции и тону голоса, я поняла, что отец лжет. Он СДЕЛАЛ это.
Я не стала дослушивать. Говорить мне с этим человеком не о чем. Просто нажала отбой и отдала телефон Андрею. Гор какое-то время изучал моё лицо, стараясь понять, верю ли я ему. Верю. Он тоже это ощутил.
— Я считаю, справедливым, что вместо жены будешь ты, Ясмин, — провел он большим пальцем по моей щеке.
Глава 28
— А ребёнок? — спросила я. — Раньше ты говорил, что тебе от меня нужен только ребёнок.
— Ты мне его родишь, — спокойно отозвался он, засунув руки в карманы брюк.
— А дальше? — я боялась снова услышать, что он его заберёт. Замерла в ожидании ответа.
— От тебя зависит, — ответил Андрей. — Будешь со мной — будешь и с сыном.
Он настырно повёл меня за локоть вниз, где помог одеть захваченное с собой манто и любезно усадил в шикарный глянцевый автомобиль класса люкс. Казался вежливым, но я чувствовала его внутреннего зверя. Рядом с ним сидеть неспокойно.
Всю дорогу я пыталась отогреть ледяные руки. Его ответ меня не вдохновил. Выходит, он не планирует меня удерживать, но и сына не отдаст в таком случае. Если я уйду — то уйду одна. Хотя куда мне идти-то? Нервно заломила руки. Снова захотелось плакать.
Повернула на него голову. Вальяжно сидел на сидении и думал о своём. Жесткие скулы, лёгкая небритость, упрямые губы и подбородок.
