Автор
Адель Саммерс наслаждается теплом новогодних узоров и ароматами дома после долгих холодных выходных. Однако история начинается совсем по-другому: ранее она боялась зимы из-за мрачного состояния Трущобы. В книге Наследник на Новый Год! читатель окунется в душевный квест, где настоящий герой должен изменить судьбу своих сиротских подопечных....
— Ага и поэтому ты не придумал ничего лучше, чем прийти за мной и украсть? — поддерживаю беседу пока мои шаловливые пальчики с неутихающим любопытством продолжают изучать горячую кожу, которая пахнет холодной цитрусовой изморозью. Это чистый аромат моего мужчины и сейчас он только нарастает, густеет и опутывает меня непроницаемым саваном, давая понять что время для разговоров подошло к концу.
Только вот я люблю пакостничать и мстить по мелкому. Не даю ему опять раскатать меня по мягкому ворсу ковра, отбиваюсь, смеюсь и извиваюсь, пытаюсь держаться за мысль, хотя в голове уже шумит от нетерпеливых ударов собственного сердца.
— Если бы не услышал тогда по радио мою песню, ты бы пришел за мной, Тай?
Все-таки задаю наболевший вопрос и замираю, затаиваю дыхания в ожидании.
Только вот мой зверь не лжет мне ни словом.
— Нет. Я похоронил свое прошлое, оно было припорошено пылью авиакатастрофы, унесшей с собой все, что было дорого, в том числе и тебя.
Сильные пальцы впиваются в мои бедра, он покрывает меня собой и заглядывает в глаза, наполненные слезами — отголосками страшной обиды.
— Но я услышал, пришел за тобой. Вселенная или кто там у нас крутой на небесах распорядилась именно так. Не мог себя сдержать уже… все барьеры, все преграды разрушились… Я бы и мертвым пришел за тобой. И приду. Имей ввиду, если сдохну в этой войне, мой хладный труп или призрак будет являться к тебе и пугать мою птичку до икоты.
Шутит. Опять. Съезжает с темы. Никогда не открывает мне все целиком. Оберегает от того ужаса, в котором он выживал, наращивая клыки и когти.
— Теперь ты под моей защитой, Канареечка. Я должен быть уверен, что до тебя не добраться…
— Долго еще тебе воевать, Тайгейр?
— Зависит от многого. К примеру, в данный момент мой единственный заклятый друг Димитрий помогает мне побыстрее решить вопрос.
Смеюсь.
— Ривз это тот Кац, который тебя на дух не переносил?!
— Вражда иногда становится дружбой, особенно если интересы сходятся.
И опять этот холодный взгляд экранирует мысли убийцы и заставляет сомнениям проскальзывать глубоко в душу:
Знаю ли я этого мужчину, которого считаю своим?!
— Тайгер с кем ты воюешь? — выскальзывает робкая фраза и Ривз закрывается. Лицо— маска и движения… Все в нем меняется, нет больше улыбок. Я сковырнула осиное гнездо.
