Автор
Взгляд мужчины на девушку ясно показывает ревность, которая пронизывает их отношения до костей. Несмотря на страстное желание забывать друг о друге, боль и разочарование внутри героя невыносимы. Внешняя холодность внутреннего потрясения говорит о глубоком поражении.
Знаю, нам с Демидом и так сложно искать общий язык. Но это не я к нему напрашиваюсь. И я имею право немного оскалить зубки. А заодно доказать, что его снобизм все-таки не просто слово."
"Вот я ни секунды не сомневалась, что он примет это за чистую монету. Не проходит и пяти секунд, как Демид сухо и по-деловому уточняет:
— У вас есть загранпаспорта?
— У нас есть загранпаспорта, но это была всего лишь милая безобидная шутка.
— Не такая уж и милая.
— А может, просто кто-то совсем разучился улыбаться и шутить?
— Я не понял.
— Демид, — я правда стараюсь убрать из тона все нравоучения, выкорчевать полностью, но как смогла, — ему всего лишь два года. И интересно все происходящее вокруг. И чтобы порадоваться, совсем не обязательно ехать на другой конец света. Мишу удивляет и восхищает все то, что для тебя давно уже стало привычным делом.
— И что ты предлагаешь?
— Обычную прогулку. В любом парке. Неподалёку от нас как раз есть такой. Два часа на свежем воздухе для него за глаза.
— Тогда планируем на субботу?
— Договорились.
* * *— Мама, мама! — сынок резко останавливается, дёргает меня за штанину и пальчиком указывает в сторону. — Какаа-ааа-я… — тянет с придыханием.
Я, даже не поворачивая головы, могу сказать, что именно его так потрясло. Вернее, кто. Собака. В парке их много.
— Это дог, Мишань.
— Док! — тут же воодушевленно вторит малыш.
Демид присаживается на корточки возле сына.
— Да, и правда. Огромный, — Демид уверенно присоединяется к детскому восхищению, разглядывая мощного пса, а до меня не сразу доходит, что мужчина говорит вполне искренне.
Дог действительно великолепный: величественный, ухоженный, изящный. Мраморная расцветка притягивает взгляд.
— Помню, я, когда маленький был, тоже дога хотел. Мечтал прям. Пойдём дальше? — протягивает Мишке ладонь, а тот прячет ручки. Моему злорадству нет предела.
Мы медленно идём по дорожке, а Мишка с шумом толкает вперёд яркую детскую каталку.
Демид выглядит потерянным. На небольшом расстоянии от нас — охрана. Нет, когда они повсюду следуют за Демидом в отдельной машине, то ещё куда ни шло. А вот это вечное сопровождение нехило напрягает, но я стараюсь отстраниться.
— А почему у родителей не попросил? — уточняю в продолжение разговора.
— Папа запрещал.
— Почему? У меня если Мишка позже попросит песика — я обязательно заведу.
— Квартира не позволяла. Это была маленькая комнатушка на отшибе.
